— Аууу! — взвыл орк, когда мои зубы впились в его запястье, и все-таки отпустил оружие. Повсюду гремели выстрелы, свистели пули, но смотреть по сторонам было попросту некогда. Краем глаза я заметил, как Холт сцепился с парочкой громил, а Даин, раздобывший где-то пистоль, выцеливал кого-то в творящемся вокруг бедламе. Схватив шпагу наперевес, я ринулся на подмогу Отре, но дорогу мне преградила высокая и коренастая фигура.

— Не так быстро, парень, — украшенную шрамом физиономию Тернана перекосила кривая ухмылка. В руке он сжимал короткий и широкий тесак, в точности такой же, какими были вооружены его подручные.

Много лет назад, бегая по улочкам родного города, я стал свидетелем любопытной сцены. Огромная и кудлатая бродячая собака, определенно имевшая в своих предках прирученных волков, загнала в угол рыжего кота. Пустырь, где состоялась эта эпическая битва, окружали глухие и высокие каменные стены, деваться коту было некуда, и он решил принять бой. Выгнув спину и распушив хвост, кот громко зашипел и, крадучись, стал приближаться к сопернику. Пёс слегка ошалел от такой наглости и замер в нерешительности — этих нескольких секунд коту хватило, чтобы ринуться в атаку. Рыжий смельчак был в несколько раз меньше и легче противника, но это стало его преимуществом: легко подпрыгнув, кот ударил когтями в самое незащищенное место — глаза. Кувырок в воздухе, бросок назад, и новая стремительная атака. Пёс мотал головой и клацал зубами, но впустую: скорость и небольшие размеры позволили его врагу ловко уворачиваться от острых клыков и всякий раз избегать смерти, когда зубастая пасть оказывалась рядом с кошачьей шеей. Спустя пару минут все было кончено: поджав хвост и жалобно скуля, пёс с разодранной мордой поспешил прочь.

Сейчас у меня не оставалось иного выбора, кроме как перенять эту тактику. Подняв оружие, я ринулся вперед, целясь Тернану в горло. Тот, похоже не ожидал атаки, но быстро совладал с собой, попытавшись отбить мой клинок своим тесаком и нанести в ответ рубящий удар. Движения его были скупыми и выверенными, но мне удалось отбить контратаку, отступить и ринуться вперед снова. Я хотел, чтобы мой тонкий клинок как можно меньше контактировал с оружием противника: широченное и толстое лезвие запросто могло перерубить его, потому я старался работать переводами, обходя его вооруженную руку то справа, то слева, в зависимости от того, в какую сторону Тернан размахивал своей массивной железякой.

Удивительно, но я почувствовал, будто бы шпага ожила в моей руке, она действовала словно вопреки моим мыслям и желаниям. Никогда раньше у меня не возникало подобного ощущения, оно было неожиданным и немного пугающим. Удар, защита, выпад, отскок, перевод, снова выпад, отскок, защита, удар, отскок. Звон оружия слился с гулкими ударами сердца, и мне казалось, словно участившийся пульс, точно боевой барабан, задает ритм поединку.