Он прав. Я слишком увлекся попытками достать соперника, и этот азарт сыграл со мной дурную шутку: мне показалось, что если меня не контратакуют, так будет продолжаться и дальше. В результате я проспал укол, ставший для меня полной неожиданностью. Хороший урок на будущее.

Отсалютовав шпагой, я поднял сверток и отправился в свою комнату. Нужно переодеться: к вечеру за мной должен заехать тот, кто по поручению Фардока проведет меня на организованное Трибелями торжество.

Этот «кто-то» оказался молодым франтовато одетым гномом, подкатившим к усадьбе в открытом экипаже. Он представился Занкаром и сразу как-то опасливо отодвинулся на край сидения, искоса поглядывая на меня. Оружие по совету Дорума Фардока я оставил дома: как мне объяснили, на приемах появляться с ним не принято, это считалось бы проявлением неуважения к хозяевам и дурным тоном. Было бы полезно, конечно, расспросить Занкара о предстоящем мероприятии — он, судя по всему, был там завсегдатаем, — но тот не слишком стремился к общению, с деланным интересом разглядывая проплывающие мимо экипажа окрестности. Ну и ладно.

Дом, в котором Трибели устраивали прием, по своей монументальности и богатству отделки ничуть не уступал усадьбе Фардоков. Украшенный колоннадой фасад в сгущающихся сумерках был подсвечен масляными фонарями, светился и фонтан, журчащий перед парадным входом. За фонтаном угадывались цветочные арки, ведущие в просторный тенистый сад.

Внутри было людно, приглушенно звучала музыка — на балконе, скрытый от глаз почтенной публики, играл струнный оркестр. Под потолком ярко горели свечи в позолоченных люстрах. Занкар представился встретившему нас на пороге лакею и кивнул в мою сторону: «это со мной», после чего куда-то исчез, смешавшись с толпой. Я огляделся. Похоже, я был единственным орком на этом приеме, по крайней мере, в зале присутствовали в основном гномы, среди которых я заметил несколько эльфов и людей. Гости то и дело бросали в мою сторону настороженные и любопытствующие взгляды, под которыми я чувствовал себя крайне неуютно. Нужно побыстрее заканчивать эту не слишком приятную миссию и убираться отсюда восвояси. По крайней мере, там не разглядывают меня, точно диковинного обитателя зверинца.

Я нырнул в зал, словно в омут, состоящий из шелка и атласа: кавалеры в богато расшитых камзолах и дамы в струящихся платьях вели неспешные беседы, переходя от одной группы к другой, а мелодия вальса сливались со смехом и звоном хрусталя. В толпе сновали лакеи с подносами, искрящимися наполненными вином бокалами, но все они старательно обходили меня стороной, точно прокаженного.