— Прошло пятнадцать лет, Бамбур!

— Да хоть триста! Задаток взял? Взял! Заказ не исполнил? Какие у тебя еще могут быть оправдания, старый сморчок? Задача и без того была плёвой, раз уж для этого наняли тебя!

— Какие оправдания? — взвизгнул старик и замер на месте, буравя своего спутника острым, как кинжал, взглядом. Мне показалось, еще чуть-чуть, и он вцепится тому в глотку голыми руками. На всякий случай я снова нашарил обломок рапиры в заплечном мешке, хотя тягаться со смуглолицым и с исправным оружием в руках было бы слишком самонадеянно. Вот если навалиться толпой…

— Да ты… Ты… Да я тогда…

Старик тяжело, устало вздохнул, опустил плечи и поплелся на негнущихся ногах дальше.

— Я закончу начатое.

— Как будто у тебя есть выбор, Эльд, — хмыкнул человек.

— А если вернуть задаток? — подала голос Отра. — Мы… я помогу собрать деньги!

— Ничего не выйдет, сударыня, — насмешливо склонил голову чужеземец, которого эльф назвал Бамбуром, — в гильдии досаров приняты определенные правила, и их нельзя нарушать. Отступников жестоко карают, причем достанется не только самому предателю, но и тем, кто связан с ним кровными узами… Верите ли, но я пытаюсь помочь вашему учителю. Бывшему учителю, я хотел сказать.

— Бывших не бывает, — передразнила чужеземца девушка. — Я останусь с ним. Хотите вы этого, или нет.

— Вот как? — поднял бровь Бамбур. — Что ж, для начала попробуйте убедить самого Эльда, что ему нужна подобная обуза. Работа досара весьма деликатного свойства.

— Не нужна, — проворчал старик, — справлюсь без помощников. Ступай домой, девочка.

— Нет! — упрямо топнула ногой Отра. — Я отработала сегодня на площади, а значит, вы должны мне занятия на неделю вперед. Таков был уговор. Так что я останусь, пока не получу положенное.

— Однако! — Бамбур глянул на девицу с явным интересом.

— Дык это, — неожиданно встрял в разговор Холт, — я, получается, того… Ну, то есть, тоже это самое… работал!

Я закатил глаза. Мой крупногабаритный друг всегда действовал напрямик и говорил то, что думает, причем из самых лучших побуждений. Однако его души прекрасные порывы порой приходились весьма некстати. Там, где требовалась выдержка, терпение и такт, Холт предпочитал идти напролом. Как писал в своих трактатах один древнеэльфийский философ, носорог близорук, но с его весом это не его проблемы.

— А вы идите к мамочкам, мальчики, — огрызнулась Отра, — мы тут как-нибудь разберемся без вас.

— Ага, щас, — отозвался я, — бежим и спотыкаемся, аж ветер в ушах свистит. Ты, значит, будешь развлекаться, а мы сидеть по домам?