Оглянувшись, я увидел, что Холт и Отра отчаянно отбиваются от двух наседающих на них головорезов. Эльдмар уже расправился с одним из злодеев, а вот Бабмура я так близко увидел в настоящем бою впервые. Да и боем это назвать было сложно: шпага в его руке описала замысловатый пируэт и пронзила одну из кинувшихся в его сторону фигур, а затем, продолжая плавное движение, ударила в горло вторую. Одновременно свободная рука потянулась к поясу, короткий взмах — и наблюдавший за побоищем на небольшом отдалении человек в длинном плаще оказался пригвожден к стволу ножом, пробившим капюшон. Второй нож воткнулся в дерево прямо возле лица молчаливого зрителя. Все это заняло считанные секунды.

— Так-так, — произнес смуглолицый и шагнул к оторопевшему наблюдателю, выставив перед собой шпагу. — Я слышал, если доставить лендлорду предводителя шайки разбойников, можно получить за это неплохую награду.

— Везите, — сплюнул себе под ноги бандит и осклабился.

— А может, не стоит мучить лошадей? — предложил Эльдмар. — Награда вроде бы одинаковая что за живого разбойника, что за его голову.

От этих слов лиходей вздрогнул и стал затравленно озираться по сторонам.

— Нет, давайте уж лучше целиком, — он протянул вперед сцепленные замком руки, — вяжите, я не буду сопротивляться.

Некоторое время ушло на то, чтобы поймать разбежавшихся лошадей. Бандита мы связали обнаружившейся у его подельников веревкой, запихнули ему в рот кляп, поскольку он не переставая ругался и проклинал нас самыми грязными словами, а потом уложили поперек седла. Тела остальных разбойников отволокли на обочину — пусть местный князь решает, что с ними делать дальше. Одному тяжело раненому мы оставили флягу воды, авось, не пропадет, больше выживших среди грабителей не нашлось. Да и брать в качестве трофеев оказалось нечего: сабли, тесаки и палаши выглядели старыми и местами попорченными ржавчиной, а стреляли в нас так и вовсе из древнего мушкета с кремниевым замком.

Оставшийся путь мы преодолели за несколько часов. По дороге нам попалась нищая деревенька с приемистыми землянками, крытыми старой соломой. При виде всадников босые крестьяне бросились врассыпную, и, подхватив детей, попрятались за тынами. А вскоре за поворотом дороги показалась и главная достопримечательность княжества.

Замок Волфорк производил не менее удручающее впечатление, чем остальные окрестные земли. Кладка невысоких стен уже давно требовала ремонта, из сторожевых башен торчали молодые березы, земляной вал зарос бурьяном, а фортификационный ров больше напоминал сточную канаву. Прогромыхав по деревянному мосту — последний раз его поднимали, наверное, лет двести назад — мы въехали в распахнутые ворота. Когда-то тут имелось пространство между наружной и внутренней стеной: благодаря ему потенциальные захватчики, прорвавшись в замок, оказались бы в западне — их прицельно обстреляли бы сразу с двух сторон. Но затем внутреннюю стену разобрали, и теперь на ее месте высились обычные кирпичные дома с узкими окнами, кузницы и амбары.