– Здесь любой напиток стоит десять сантимов. Вы ещё увидите.

Это приблизительно три пфеннига. Не деньги.

– Здесь всё пока что намного дешевле, чем в Барселоне. За сто песет можете получить пансион на целый месяц. Кстати, сколько вы платили на улице Бокерия в отеле «Европа» и как вам там понравилось?

– Семь песет, и еда была очень хорошая. В виде комнаты нам достался целый зал с альковом.

– Когда я просыпалась, я подолгу смотрела на большой-большой чёрный шкаф и на просторную террасу за окном. Церковный колокол звонил пинг-пинг-пинг, совсем не так, как в Германии. И каждое утро в коридоре распевала criada[14] , это звучало совсем иначе, чем мне когда-либо приходилось слышать, – сказала Малышка.

Но Ара и Гал имели не такие приятные воспоминания.

Так течёт неспешно время, оно старается, но так и не набирает себе истечения: всё лишь обломки слов.

– Мы платили всего пять песет, потому что у них была перестройка.

– Да они и сейчас ещё перестраиваются.

– Ну, тогда это было потому, что ещё считалась зима, не сезон. А как вам понравился город?

– О, совсем по-американски, с avenidas[15] и с шумом по вечерам от этих громкоговорителей. Гораздо современней, чем Берлин. Мы были и в старой части города, очень примечательно, эти белые узкие переулочки.

– А вы видели собор, iglesia[16] де ла Саграда Фамилия?

– Нет, дотуда не дошли. Но зато видели la plaza[17] Каталунья. Мы тогда были вечером в народном кабаре, у Хуанито эль Дорадо, пыльный сарай, но певицы фламенко и танцор, сказочно. А вы там были?

– Нет, мы не могли оставить Ассара одного в отеле.

После ночи стояния на корабле, сидения в буфете «Фонда Марина» так хорошо пройтись. Хорошо размять ноги. Твёрдая земля под стопами. Нет людей. Пусто, пусто. Слишком раннее утро. Поглазеть по сторонам: порт, большой прямоугольник воды. Справа ограждённый плоскими волнистыми холмами, окроплёнными пятнами деревьев.

Р. Хаусман. Вход в дом, г. Ибица. 1933–1936

– Сейчас ещё рано, а вот позже вы увидите местных женщин. Ибицианки носят такие костюмы – пять или шесть юбок одна поверх другой, на плечах шарф, локоны как у пажей, их здесь называют risas. И косы. Много побрякушек на груди, но золотых.

И вот мы втроём (или вчетвером) осматриваем paseo Вара де Рей.

– У вас же есть с собой деньги, или у вас банковский счёт?

– Счёт у нас в «Сосьете Женераль» в Париже, а в Барселоне мы были в «Кредит Лионнез». А здесь у нас ещё ничего нет.

– Тогда идите в «Кредито Балеар», я вам сейчас покажу. Вы потом его сами легко найдёте.

Morne batisse[18] .

– Так, а теперь я покажу вам почту, los telegrafos, как здесь говорят.