Идём дальше по заваленным улицам. Безлюдно. В портовом квартале, plaza Мануэля Рикера: куча мусора. Здание морского синдиката… Да, все дома, принадлежавшие левым, разрушены… Наверняка внутри есть убитые.

Йост предлагает идти к clubo. Идём. Находим людей. Знаем их. Рассказывают. Бомбы угодили в семь домов. Итальянские лётчики. В точности знали всех красных. Да, разумеется, под развалинами трупы. Было жутко, земля содрогалась как при землетрясении.

А что нового? Погодите, пришёл немецкий военный корабль. Забирает иностранцев. Да-да, точно, в гаражи, что у нас на задах, выдали сто литров бензина, для автомобилей, кто хочет уехать… шофёру дали задание.

В этот день шестнадцатого сентября тысяча девятьсот тридцать шестого года. Йост говорит:

– Лучше не бывает. Я знаю, ты хочешь уехать. Я делаю это ради Малышки. Идём.

Верно и правильно. Шофёр берётся отвезти их в Сан-Хосе. Условие? Стоянка всего час.

– Вот свинья, ему же достанется даром весь бензин. Немецкий корабль же заплатит…

– Нет, нет, брось, мы поедем.

Молча назад в гору. К Сан-Хосе.

Ещё одно мгновение на размышления. Отважиться сесть на этот корабль. Что будет с тем, кто не отважится…

Малышка теряет рассудок, услыхав эту новость. Говорит Йосту что-то бессвязное. У меня нет времени, сгребаю всё, всё, всё, до чего могу дотянуться, одежду, книги, в два, в наши два больших дорожных чемодана. Малышка не способна приложить руки, оставляет мне в помощь Алису и Гертруд, их привёл Йост.

Уже почти полдень. Всё упаковано. Всё упаковано? Что, Бог ли, чёрт ли. Шофёр торопит. Да-да, хорошо. Именем неба. Садимся. Не замечаем прощальных приветов. Отъезжаем.

Приехали в порт. Выходим, выгружаемся.

Тут стоит – длинный, серо-чёрный, стройный немецкий эсминец «Фальке». Подходим, спрашиваем капитана. Принимают.

Ещё один человек, судья. Говорит: estas bestias rojas[366] , нас тут двести человек… Но мы его не слушаем. Нечего слушать.

Сейчас «Фальке» поднимет якорь. Сейчас.

Ибица – Ничто. Больше ничего. Лишь сон.