Следующее событие произошло неожиданно. Подъехала сотня ойратов и уже без всяких переговоров ломанулась в атаку. Ну, если они так и будут воевать, то замечательно. Три залпа из ружей и не никого. Вышли, добили и проход левый расчистили, чуть увеличив высоту стенки.

И опять никого.

- Андрейка скатайся. Глянь.

Лекарь ускакал, а Соловый прошёлся до Айтина и спросил, что происходит. Они там с ума никак сверлись.

- Думай, сто это людь из тот войск, что вчера бить. Их послать умирать. Нет бытыр — зачем живой. Иди за батыр.

- Вот, как? Ладно. Подождём.

Через час вернулся Андрейка. Воины устали ждать и чуть не поголовно спали. Соловый не препятствовал, пусть. Намаялись за ночь. Отдохнут чуть, поспят, точнее, стрелять будут. Вести были непонятные. Часть монголов ушла вниз по Тоболу. Остальная, большая, так и стоит у переправы.

- Что задумали? Отдохни, Андрейка, сам скатаюсь.

- Подождь, Епифан. Ты покемарь чуток, а я пригляжу за «волками» этими. Все хоть чуть поспали, а ты две суток на ногах, — это Сирый решил побратиму роздых дать.

А и в самом-то деле. Спать хотелось, какой сейчас из него разведчик. Не успел атаман голову до седла опустить, а уже спал. И никто его до утра не беспокоил. Не нападали больше ойраты.

- Что нового? — осознав, что уже утро и ополоснувшись в озере, спросил он у Сирого.

- Да, вот только сменился разведчик. Ничего не творится. Стоят. Лагерь разбили. Может они хотят измором нас взять?

- Измором? Так у нас провизии на месяц с гаком и вода под рукой.

- Так-то так. А тогда и не знаю, — Сирый протяну Епифану несколько сухарей и кусок вяленого мяса, — Подкрепись пока.

Поел Соловый, запил водой из фляги. Напрямую из озера он казакам пить запретил. Заливайте во фляги, а уж из них, чуть погодя пейте. По приказу не видимого им ещё князя Пожарского, в каждую флягу теперь серебряный рубль заделан. Шульга говорит, что серебро воду от заразы всякой чистит. И вот если кипятить нет возможности, то фильтровать через ткань обязательно и во фляге не меньше часа выдерживать.

- Сам съезжу, гляну, — решил Епифан и пошёл своего Чёртушку седлать.

Не успел. Примчался разведчик. Снимаются со стоянки ойраты. Коней взнуздывают. Сюда пару десятков скачет.

- Ну, что, казаки, может, пришёл наш последний день, — обратился Соловый к отряду, — Если чем виноват перед вами, то простите. Если неправду творил…

Не дали договорить. Примчался очередной соглядатай.

- Близко совсем!

- По местам. Патроны зря не жечь.

Ох, а пылища-то. Знатная! Всем воинством прутся. Ну, где наша не пропадала. Да, вот возле этого озера безымянного и не пропадала. Так и негоже ему без имени быть. Пусть будет — «Русское».