— Я обещал, — медленно произнёс он. — Пока это было возможно, — князь резко выпрямился и встал на ноги. — А потом пришлось выбирать.
Олег замер, боясь дышать, но всё же задал еще один вопрос.
— И вы выбрали долг?
Князь повернул к нему голову и посмотрел на младшего сына тяжёлым взглядом, не предвещающим наглецу ничего хорошего.
— Я выбрал то, что сохранит силу рода… вместо того, чтобы гоняться за призраками.
Олег хотел что-то сказать, но князь опередил его.
— И вообще, — в голосе впервые прозвучало раздражение, — тебе не кажется, что ты задаёшь слишком много вопросов, ответы на которые тебя не касаются?
Олег опустил взгляд.
— Я просто пытаюсь понять…
— Займись тем, что умеешь, — резко оборвал его князь. — Копайся в своих архивах, разбирайся в кристаллах, строй теории о том, как человечество будет жить без них.
Он шагнул ближе.
— А политику оставь тем, кто в ней хоть что-то понимает.
Тишина вокруг стала физически ощутимой и Олег медленно кивнул.
— Понял, отец.
В его словах не было обиды, только принятие. Он уже собирался отступить, когда в сад быстрым шагом вошёл человек в тёмном камзоле — один из доверенных людей князя. Он остановился на границе дозволенного, коротко поклонился и, не поднимая головы, произнёс:
— Ваша светлость. Есть сведения.
Князь чуть повернул голову.
— Говори.
— В город вернулся виконт Овчинников. Виктор Алексеевич.
Князь замер.
— И?
— Точной информации пока нет, — продолжил слуга, — но он прибыл без детей Строгиных. И… — он на мгновение замялся, — судя по словам очевидцев, он в крайне… раздражённом состоянии.
Князь слегка нахмурился.
— Дальше.
— Он сразу направился к графу, — добавил слуга. — И… там сейчас… напряжённо.
Князь нахмурился еще сильнее. По его виду было понятно, что услышанное ему не понравилось.
Олег осторожно поднял взгляд.
— Что это значит?
Князь посмотрел на него долгим взглядом, подбирая ответ.
— Это значит, — произнёс он спокойно, — что начинается нечто, в чём ты не разбираешься.
— Отец, я…
— Потому что пришло время силы, — перебил его князь. — А это не твоя область.
Он отвернулся, мгновенно потеряв интерес к младшему сыну.
— Зови старших братьев. Будем разбираться.
И только после этого снова бросил в воду остатки корма, на который жадно набросилась рыбы. Карпы, не понимая, что в мире над ними уже началось движение куда более опасное, чем любая их жалкая борьба за кусок пищи. Хотя… чем-то неуловимо похожее.
Глава 19
— Рад, что вы так хорошо понимаете ситуацию, Елизавета Дмитриевна, — слегка поклонился я. Дочь дикого барона удивлённо округлила глаза, а её служанка одобрительно заворчала, как перегретый чайник. — Спасибо, что идёте навстречу.