Мой живот вырос за последние три месяца и обещал превратиться в громадную проблему достаточно скоро. Мужья поняли о пополнении в нашей семье уже на исходе двенадцатой недели. Странно, но первой меня выдала увеличившаяся грудь, а только потом переменившиеся вкусовые интересы. Появилось желание есть малосольную рыбу, и бутербродам с ней при каждом приеме пищи я отдавала должное. Я могла встать ночью, если появлялось непреодолимое желание перекусить солененького. Понимающие столь необычную потребность, мои замечательные горничные стали оставлять мне перекус уже после третьего плохого сна за неделю.
Куда сложнее дела обстояли с семейной заботой. Супруги принялись за мной следовать буквально по пятам, ощутимо сводя меня с ума. Я ругалась с ними, спорила, порой прибегала к реальным угрозам в попытках получить хоть немного свободного пространства. Они кивали, соглашались и улыбались, как сбрендившие придурки. Их проклятые понимающие улыбки просто приклеились к лицам. И ладно бы, если подобным образом вели себя только Рольф и Зефт, став неадекватными отцами-наседками. От них заразился подобной ненормальной заботой и Альян, хотя прекрасно понимал, что я физически не могу носить его собственного малыша. Но для бывшего принца, как я и мечтала когда-то, дети не делились на чужих и собственных. Он ожидал детей, расспрашивал о самочувствии и подкармливал меня вкусностями, порой протягивая их вместо полезностей.
Положительным моментом в этом мире были частые многоплодные беременности, а для того, чтобы их сохранить и облегчить вынашивание для тонких, как тростиночка, женщин, давно изобрели удобные бандажи на любой случай. В последней стране я заказала себе несколько десятков комплектов такого специфического поддерживающего белья. У них была градация для того, чтобы они подходили под определенный срок и объем живота. Пришлось брать еще и корсеты, исполненные в различной цветовой гамме. Чтобы они подходили под разные платья и не пришлось разыскивать подходящее в последний момент. Некоторые поддерживали не только живот, но и великолепно фиксировали спину. На шестом месяце тянущая боль и усталость в мышцах давала о себе знать почти каждый вечер. Походили такие корсеты на очень плотную майку с лямочками, фиксировавшуюся на бедрах и лопатках шнуровкой. Она была мягкой и не позволяла выросшему пузу мешать двигаться в прежнем ритме.
Темпы личной жизни также пришлось порядком снизить. Не по совету лекарей, а из-за страха моих перестраховщиков-супругов. Но за три месяца Альян привык к семье и ему очень понравилось спать в общей кровати, даже если его место оказывалось не рядом со мной, а с побратимом. Порой я просыпалась по ночам и любовалась, как выглядят трое статных, широкоплечих мужчин, прижавшихся к друг другу во сне. В конце концов, мы все ищем не только физического тепла, но и духовного. И эти трое, без сомнения, обрели его, став членами моей семьей.