Взявшись за лоб, я устало потёр виски. Вот так люди и спиваются. Хорошо ещё других свидетелей моего позора тут не было.
— Нет, — наконец придя в относительную норму, и развернувшись ко мне, выдавила девушка, — в целом, и такое пойдёт, чтобы сбить противника с толку, но кто-то может и обидиться.
А я только хмуро шмыгнул носом. Похоже мой статус сверхчеловека снова откладывался.
Глава 9
— Ректор!
Я аж вздрогнул, когда дверь в мой кабинет распахнулась и на пороге показалась наша библиотекарь. Хорошо ещё, было не совсем раннее утро, а просто утро, поэтому застала она меня полностью одетым, за столом, уныло штудирующим учебники, а не на диване в неглиже.
Чёртов диван. Три ночи подряд на этом кожанном великолепии почти убили мою спину, левое плечо, из-за неудобного положения, стало хандрозить и сегодня, когда вставал, заклинило шею, так что поворачивать я её мог теперь только вправо. Но девушка сверкая глазами, в нетерпении застыла на пороге и я, вздохнув и отодвинув в усмерть надоевший учебник, который я проглядел от корки до корки уже на два раза, но так и не понял в чём моя проблема, спросил:
— Да, Лиза, что-то случилось?
— Конечно случилось! — она, впорхнув внутрь, обличающе ткнула в меня пальцем, — я сегодня сверяла картотеку с книжным фондом, начало учебного года уже через два дня, как-никак, нужно чтобы не было никакой неразберихи, когда появятся студенты и знаете, что обнаружила⁈
— Что? — для проформы уточнил я, хотя было понятно, что она скажет и так.
— Что несколько редких изданий исчезло. Причём из особой секции. И никаких отметок об их изъятии в карточках нет.
— М-м… и кто же, по вашему, мог это сделать?
— Как кто? Вы!
Я потёр виски, откинулся в кресле, сложив руки на груди и, на секунду, переводя взгляд на потолок, затем, глубокомысленно поцокав языком, со вздохом уточнил:
— И на основании чего ты сделала такой вывод?
— На основании, что больше некому. Прошлую сверку я проводила сразу после конца года, книги были на месте. А во время каникул постоянно в академии находились только вы. Ну и больше никто, без меня, а иначе пометка в карточке бы была, не смог бы открыть особую секцию, только вы, — ректор.
— Логично. Да.
Понятное дело, что я сам этих книг в глаза не видел, но аргументы железные, не отвертишься, поэтому, максимально доброжелательным тоном ответил:
— Ты знаешь, может быть. Но даже не помню сейчас, зачем они могли мне понадобиться. А в карточку не вписал, наверное, потому что торопился.
— Ректор, это понятно! — строго посмотрев на меня, та упёрла руки в бока, — срочная необходимость и всё такое, но когда эта необходимость пропала, можно же было вернуть книги на место.