— То есть, всё-таки, использовать весь этот, гм, арсенал, вы не собираетесь? — согнала брови к переносице проректорша, обдумывая мои слова.

— Только наглядно, — вновь по-отечески улыбнулся я.

В возникшей тишине мы просидели с минуту, женщина о чём-то напряжённо размышляя, а я продолжая смотреть на неё.

— Ладно, — сухо произнесла Кортес, поднимаясь, — если всё будет как ты говоришь. Но помни, я слежу за тобой.

От последней весьма угрожающим тоном сказанной фразы повеяло чем-то знакомым.

— Я слежу за тобой, ничтожество, — еле слышно пробормотал я, вспомнив, фирменную фразу морровиндских ординаторов.

— Что? — запнувшись, обернулась проректор.

— Что? — вздёрнул я брови, демонстрируя удивление.

Она ушла, а я, перестав улыбаться, разом обмяк в кресле. Опять пришлось выдумывать на ходу. Да что ж такое. Грёбаное наследие прошлого ректора. И этот великий магистр ещё. Тоже мне, нашел он все тайники. Как же. Сколько ещё таких открытий «чудных» меня ждёт?

Впрочем, демонстрация подобных приспособлений и правда могла возыметь положительный эффект в борьбе с хулиганами. А значит, пожалуй, мой экспромт можно попробовать воплотить в жизнь.

— Ираида! — я постучал кулаком по смежной с секретарским кабинетом стене.

— Да, ваше магичество? — тут же возникла та на пороге.

— Слышала наш разговор?

— Слышала, — не стала отпираться та.

— В общем, подумай, как всё правильно оформить. Ну, чтобы попадая к тебе, студенты сразу испытывали робость, опаску и теряли всяческий гонор. Чтобы стояли около стеночки и оставляли на ней пятна своими потеющими пальцами. Чтобы глаза боялись поднять. Чтобы слова забывали, блея как овцы. И каялись, каялись!

Я осёкся, опять, похоже, слегка увлёкшись, но в глазах секретарши увидел только уважение.

— Сделаю в лучшем виде, — с энтузиазмом пообещала девушка.

— Хорошо, — я кивнул, но тут же поинтересовался, — да, сегодня ничего такого не должно быть? Ну там, каких-то встреч или мероприятий в Академии? Может какие-то обязательные моменты, перед началом учебного года? Мне как ректору надо как-то готовиться?

Райденка задумалась на секунду, затем ответила:

— Вроде ничего такого. До момента, как появятся студенты, точно, а потом, насколько помню, ректор только говорил приветственную речь со ступеней своей башни студентам и их родителям, собравшимся на центральной площади, а затем, уже в большом зале, где студенты собираются уже одни, давал начало пиру. Да, традиционно, ректор под потолок зала запускает фейерверк специальным заклинанием и уже после этого все приступают к трапезе.

— Заклинанием? — переспросил я, чувствуя как внутри вновь всё обрывается, — но ты же знаешь, какая у меня с ними проблема!