— Так это, мастер Гарольд сообщил, вот, как студенты приехали, — ответила та, — что мессир ректор пожелал питаться в академии, и надо ему, то есть вам, отдельно готовить, вон и продукты он отдельно для этого припас.

— Вот шельмец, — хмыкнул я, — быстро подсуетился. И я только сейчас об этом узнаю.

Впрочем, а когда бы раньше? Те пару дней, что я был без мантии, сидя в своём кабинете, еду мне приносила Ираида, и она, я думаю, вопросов особо не задавала, для ректора, значит для ректора.

— А давай-ка, положи мне, что там для студентов, — махнул рукой я, — что-то проголодался, ждать не охота.

— Мессир, может подождёте? — робко переспросила повариха, но я был непреклонен:

— Давай, давай, — улыбнулся, подмигнув, — я сейчас такой голодный, что угодно съем.

Тяжело вздохнув, та подошла к одному из чанов, пошуровала поварёшкой, а затем плюхнула на тарелку комок белёсой массы непонятной консистенции.

— Вот, — как-то тихо произнесла она, ставя блюдо передо мной.

— Это что? — осторожно потыкал я массу ложкой.

— Сечка перловая, — ещё тише произнесла повариха.

Да уж, видок был у той так себе, да и консистенция, скорее, походила на густо замешанный обойный клей. Я осторожно положил в рот пару комков, содрогнулся от непередаваемого вкуса изделия, еле проглотил, сдержав рвотный рефлекс, отодвинул тарелку. Переведя дух, спросил:

— А ещё что есть?

— Минтай… варёный. К обеду готовила. Правда, без гарнира, перловку потом варить поставлю.

— Тащи, — обрадовался я, рыбу-то сложно испортить.

Правда, через минуту понял, что очень сильно ошибался. Склизкое нечто, разваливающееся от прикосновения вилкой, если и было когда-то рыбой, то очень давно.

Сглотнув, я посмотрел на Брунгильду и уже так, чисто для проформы, поинтересовался:

— А на ужин что планировалось?

— Бигус. Но его только после обеда готовить.

— А покажи-ка мне ту капусту, что на него пойдёт. И на чём ты его тушить собираешься.

Когда в кладовой она открыла бочонок с квашеной капустой, из-под крышки рванул такой густой кислый запах, что меня с непривычки повело, в глазах потемнело, и пришлось срочно выбираться на свежий воздух. А когда я увидел, что вместо масла для жарки используется какая-то бело-серая жировая масса, как сказала повариха, смесь жиров различного происхождения, то и вовсе чуть не блеванул.

— Зачем ты готовишь это? — постояв снаружи и вволю надышавшись свежим, несущим с делянки Зелёных приятный цветочный запах воздухом, поинтересовался я. Глядя в виноватые глаза женщины, произнёс, — это же есть нельзя, это только свиньям на корм.