— Дак коли оружие нашлось, то и люди найдутся. Прикинем что к чему, да в городе наберём среди голытьбы.
Как оказалось, денщик уже вперед подумал, пока я доспехи разглядывал, он решил что хуже не будет, и можно хотя бы прикинуть сколько мы можем теперь вооружить людей. По его словам голытьба — так называли городскую бедноту, пойдёт в дружину даже за еду. Воевать, конечно, с таким войском будет сложновато, как правило люди эти ратному делу необученные, но для массовки самое то. А потом, — говорил денщик, — можно будет выбрать кого посноровистей, и на полный пансион поставить.
— А если на самом деле война? — возразил я.
— Ну значит так тому и быть. Топором-то, все махать горазды. Лучше чем ничего…
Глава 17
Приведение доспехов и оружия в порядок заняло весь оставшийся день и продолжилось до вечера следующего. Всё это время из своей комнаты я почти не выходил, занимаясь зельями по мере восполнения энергетического баланса. Когда он заканчивался, книжку читал интересную, историческую, какой-то умный человек написал, а Максим, видать, купил по случаю. Почитаю с пол часика, подожду пока накопится энергия, да посливаю её в очередные бутыльки. Так, к вечеру второго дня и книгу закончил, и зелий наваял столько, что пришлось выносить их из комнаты. Скажи мне неделю назад что будут такие объёмы — не поверил бы. Но сейчас, с новыми вводными, сделанное казалось незначительным. С каждым днём появлялись что-то новое, что-то такое, на что нужна была очередная партия денег. Мне даже во сне снились золотые червонцы и серебряные рубли. Наверное странно, но я до сих пор относился к местной валюте как к чему-то не настоящему, игрушечному. Вот взять Екатерининские монеты — хорошо прочеканенные медяки, красивое гербованное серебро. Про золотые империалы и говорить нечего, просто произведения искусства. И везде орел. Разный у разных правителей, но одинаково гордый. А тут что? Разнокалиберные блинчики с штемпелями в виде каких-то баранов? Ну не бред ли? Наверное, при Иване Грозном было что-то подобное, но позже к деньгам стали относиться куда уважительней. Может быть оно и не важно — какая разница как выглядит монета если на неё и так можно что-то купить? Но на подсознательном уровне меня это подбешивало.
А ещё больше подбешивало то, что я знал истинную причину. Привыкший жить в занимающем пятую часть суши государстве и гордиться этим, здесь я оказался в какой-то микростране. Сибирь, Дальний Восток, оренбургские степи, Алтайский край, Пермский, и многие другие территории которые я подсознательно считал «своими», теперь таковыми не являлись, и это казалось неправильным. Раньше я никогда над этим не задумывался, но после экскурса в историю Росского княжества — а книга касалась в основном межгосударственных отношений, понял что я, видимо, тот ещё русофил.