«Заговоры на скорую смерть» — глава вторая, не менее зловещая чем первая, — прямо не книжка, а клад какой-то… Я, конечно, не побегу прямо сейчас экспериментировать, тем более без «активации», но на будущее весьма интересное чтиво…
— Можна? — дверь приоткрылась, запуская дядьку Ивана. — Вот.
Положил он на стол небольшой свёрток.
— Так… — вроде всё что нужно. — Спасибо Иван. Пока отдыхай, я к ужину спущусь, если что, позову — всё же закрались сомнения по поводу успешности спонтанного самолечения. Честно говоря, я не столько хотел от синяков избавиться, сколько проверить сработают рецепты из другой реальности, или не сработают. Ведь здесь хоть многое и отлично от привычного, но и схожего хватает, так что вопрос, что называется, — на миллион.
Глава 4
На приготовление заживляющей мази времени ушло немного. Рецепт, полученный от одного монаха лет сто назад, выгодно отличался именно своей простотой, единственное что вызвало у меня затруднение — добавление магической энергии, коей у меня хоть и имелось в достатке, по известным причинам пользоваться я ей не мог. Но не даром есть такая присказка — «голь на выдумку хитра», вот и я, покумекав немного, всё же нашёл выход из ситуации.
Окунув палец в банку, я аккуратно намазал тут же зачесавшийся нос, и подставив зеркало — чтобы контролировать процесс, застыл в ожидании.
Минуту, или две ничего не происходило, — я даже заволновался, но потом, прямо на глазах, синева ушла, и потрепанная экспериментальная часть вернулась в своё первоначальное состояние.
Ободренный успехом, я продолжил лечение, и когда умылся, из зеркала на меня смотрел совсем другой человек, чистенький, свеженький, и совершенно не похожий на недавнее безобразие. Мне даже показалось что лицо посвежее стало, вроде как нечастые прыщи пропали. Не красавец конечно, но и не совсем урод. Высокий лоб, короткий ёжик черных волос — это я уже сам постригся, голубые глаза, тонкие губы и, как наказание, здоровенный шнобель вместо носа. Наверное кто-то сочтет такой носяру совсем не аристократичным, но судя по висящим на стенах портретам, по мужской линии у нас это была фамильная черта. Хорошо еще что женщинам такое «достоинство» не передавалось.
Но это не главное. Главное что рецепт сработал, а значит сработает и всё остальное. И это очень хорошо.
Теперь сменить одежду на чистую, и можно спуститься к людям, они как раз должны закончить трапезу. Да и к дедуле зайти не мешает, может хоть частично уже оклемался. Вообще, я не особенно представлял что буду говорить ему, и уж тем более не представлял что случится, если он всё же вырвется на свободу. Он и так то не по делу буйный бывает, а уж во что может превратиться в «жажде» — и подумать страшно.