Жаль, конечно, что так всё с Федей вышло… Нет, не жизнь его никчемную жаль, жалею я что спросить с него не могу за украденное, ведь где-то же он прятал деньги? Вот только где? Обыск его комнатушки ничего не дал, из замка он практически никогда не уходил, только на рынок ближайший, да и то не совсем регулярно, всё что нужно, нам и так привозили. Загадка в общем… Искать наобум по замку? — жизни не хватит, тут столько мест укромных, можно батальон солдат разместить, никто и не заметит. А деньги они что, если золотом, так они много места не занимают, сунул куда-нибудь за стенку, и ищи свищи.

Оставалось одно, размышлять.

— Всё, прыбралса я, маладой хозаин… — как обычно беззвучно, появился Иван. — Можешь обратна пэрэезжат!

— Отлично. — отвлекаясь от мыслей о деньгах — что было довольно сложно, поблагодарил я денщика, и спросил на всякий случай, — Постой, а было у Феди какое-то место любимое? Может он отдыхал где-то в замке? Бывал часто?

Тот задумался на мгновение, и решительно ответил,

— Канешна была… В том крыле, — махнул он рукой, — цветочки там всякие выращивал…

Точно! Наверняка где-то там и спрятал, обрадовался я, и забыв даже поблагодарить человека за подсказку, направился навстречу сокровищам.

Сказать что так люблю деньги, — определенно нельзя, последнюю пару сотен лет нужды я не испытывал, но сейчас, в данном конкретном случае, от того найду ли я Федину заначку, зависело очень многое. Ведь судя по обнаруженным мною закладным, дед умудрился заложить наше последнее имущество, родовую крепость. И да, я вполне принял свою новую жизнь чтобы считать её своим домом, а окружающих меня, включая слуг, своей семьей. Тем более, кроме слуг, меня никто и не окружал. Они меня выкормили, обучили и воспитали, так что, это совсем не удивительно.

Забегая вперёд скажу, Федины сокровища нашлись почти сразу, в ящике под здоровенным цветком. Уверенный в своей безнаказанности, он даже не стал особенно их прятать, лишь развернув принятую мной за ящик тумбу дверками к стене.

Триста монет золотом, и чуть больше тысячи серебром. Золотая монетка; размера небольшого и формы неправильной, — весила грамм пять, серебряная побольше, но такая же кривая. Золотые назывались червонцами — хотя номинал был пятирублевый, серебряные рублями. В «кладе» не было меди, но вообще медные деньги были здесь самыми ходовыми. От полушки, и до полтинника. Такие же, кстати, кривулинки.

Когда я всё это пересчитал, обида на вороватого управляющего куда-то делась, уступив место безмерной благодарности. Ведь по сути, все эти деньжищи он спас от моего бухачего дедули. И не будь он таким алчным, тот спустил бы всё на ветер.