— Зато мой вариант однозначно вкуснее. Да и эликсиры и тебе-то самой не сильно помогли, — тут же нашлась некромантка. — Я переживала оптом: и за Ники, и за семью, — не сдавалась алхимик. — Мне и дозы нужны больше. Дара ничего на это не ответила. Да и мне нечего было сказать. Мы так и стояли, обявшись. Это длилось, наверное, с минуту, если не больше. И при этом даже никто не пытался меня придушить в ответ. Вот чудо! А потом, когда объятья распались, я услышала: — Так и быть, белобрысая, твоя взяла. Мы не будем больше тебе специально пакостить… — торжественно произнесла некромантка. Тем провозгласив окончание соседской условной войны. А еще я поняла, что пакостить «не нарочно» рыжая и кучеряшка не обещали. — Ну что, готова к завтрашнему учебному дню? — спросила Лори. — Нет, — честно ответила я. — Я так устала, что даже не уверена, что смогу встать завтра утром сама из кровати. — Не переживай. Если что, я тебя из нее эксгумирую, — благородно пообещала некромантка. И я начала понимать, почему с Дарой никто не хотел селиться. С соседками мы проболтали до самого ужина. А после столовой рыжая убежала на очередной ночной практикум, а Дара отправилась ставить в лаборатории в томильную печь эликсир, который должен был прогреваться двенадцать часов подряд при определенной температуре. Я осталась одна, но ненадолго. Зазвонил магофон: Дэн хотел узнать, как прошел мой день. Ну я ему и рассказала. И о машине, которая чуть не сбила, и о его матери, которая проехалась по моей психике асфальтоукладчиком. Когда я закончила, в трубке повисло напряженное молчание. Оно звенело, вибрировало, отдаваясь в натянутых струнами нервах. И я не выдержала. Хотела задать этот вопрос при личной встрече, но не смогла. — Так это правда? У тебя действительно есть невеста? И выдохнула. Про себя молясь: только не лги. Не лги мне, Дэн. Я смогу пережить любую правду, но не обман. И он ответил: — Да, есть. Моя помолвка с Анабель состоялась два года назад. Это был выгодный для наших семей союз. Он больше ничего не сказал, а я не стала спрашивать, какая роль была бы в этом раскладе уготована мне. И так было понятно — содержанки. Не более. Но на нее я не могла согласиться. Как и не могла представить себе, что смогу делить с кем-то того, кого люблю. Или все, или ничего. — Ники, скажи что-нибудь! Не молчи! — прорычал в трубку Дэн. Я чувствовала, как его голос звенит от напряжения, но внутри него сейчас взрываются вулканы, но вот только во мне сейчас была одна пустота. Она ширилась, поглощая все чувства