Они у меня были всегда в отличном состоянии лет до тридцати пяти. Потом первая пломба, а потом лет в сорок начал резаться коренной зуб, и мне его неудачно вырвали, занеся какую-то инфекцию. Как результат, лет пять постоянные воспаления с гнойниками вокруг зубных корней, а потом целые и здоровые зубы просто начали вываливаться из дёсен один за другим. Так что к зубам будем относиться со всей ответственностью.
Далее небольшая постирушка хозяйственным мылом трусов, сходил за чистыми трусами, душ с шампунью «Крапива» и мылом «Земляничное». Бр-р-ры! Вытерся и вот я готов к употреблению пищи. Об этом мне кишки сообщили, начав, строчить друг на друга протоколы.
Глава 2 Воспоминания
Поглаживая живот, который чуть не прилип к позвоночнику, зашёл на кухню, достал из холодильника кастрюлю с супом, поставил её на стол, затем взял из сушилки над раковиной половник и задумался, в чём разогреть. Насколько помнил, для этого в нашей семье служили глубокие металлические, эмалированные тарелки. Открыл стол-тумбу. Вот то, что надо. Налил в большую тарелку четыре половника супа, подумав, добавил пятый и поставил на плиту. Зажёг огонь, после чего сделал пару бутеров с колбасой и обалденно пахнущим, мягким батоном с маком.
Помешивая суп в тарелке, и в нетерпенье периодически пробуя его, дождался необходимого разогрева. Тарелку с помощью кухонного полотенца на стол, добавить майонеза, размешать и приступить к приёму пищи.
Боже мой, какое блаженство. Всё-таки вкусовые рецепторы в молодости дают просто великолепные ощущения. Не надо никаких дополнительных специй-стимуляторов, чтобы буквально за несколько минут смолотить огромную порцию супа вместе с бутербродами. Даже раздумывать ни о чём не успевал. Просто ел и наслаждался этим процессом. Тот объём или массу еды, что я сейчас съел в том моём, можно сказать, зрелом возрасте, не буду говорить даже про себя — старческом, мне бы хватило, на два, а то и на три раза. А здесь всё махом проглотил и задумался, а не разогреть ли ещё и макарон. Но решил, что хватит.
Теперь зажечь газовую колонку и помыть посуду. После этого с чувством исполненного долга вернулся в свою комнату. В квартире было тепло, но щеголять в одних трусах показалось мне моветоном, поэтому решил одеться. На стуле висела футболка и эластиковые трико, рядом с кроватью лежали хэбэшные носки. Оделся, а потом решил посмотреть, что есть в моём гардеробе.
Сначала дошёл до шкафа и открыл дверцы. Так синий, школьный костюм на вешалке, рядом на вешалке отглаженные белые рубашки три штуки, красный галстук. С этим всё понятно. Одна рубашка на два дня. В субботу вечером стирка, в воскресенье глажка. К этому меня отец ещё в пятом классе приучил. И брюки гладить тоже. Смотрим дальше, что здесь ещё моего есть. А больше ничего вроде бы и нет. Костюмы отца, платья матери, их плащи, демисезонные пальто. Хотя… Вот ещё пара брюк, с рубашками разной расцветки, судя по размеру, мои. С вешалками понятно, смотрим, что есть на полках. Так здесь на одной из них мои футболки, трусы, носки, трикошки, нормальный, тёплый, спортивный костюм, свитера. С этим понятно, идём в прихожую, там встроенный шкаф — гардероб. Здесь обнаружил из своего нормальную зимнюю, вельветовую куртку на овчине. Это насколько помню подарок от тёти Шуры.