— Он будет молчать. Взамен.

Викуся чуть не взвыла от любопытства. Взамен чего? Но спросить не осмелилась, а вместо этого робко поинтересовалась, опасаясь, что её неправильно поймут.

— Алексей Арсеньевич, Хёген обмолвился как-то, что у него нет родителей.

— Даже так, — грустно усмехнулся Сотников. — Нет, родители у него есть и старший брат… Видите ли, Синицына, я бы не хотел это обсуждать, но вы кажется подружились с ним.

Вика снова кивнула, чувствуя себя китайским болванчиком.

— Немного.

— Это хорошо, для него, и лучше вам узнать. Я помню Хёгена ещё ребёнком. Наши семьи дружили… Насколько человеческая семья способна дружить с джамранской. Хёг — поздний ребёнок, на двадцать лет моложе своего брата. Однажды родители и брат Хёгена отправились в экспедицию, ему было тогда лет семь-восемь. И сгинули. Их разыскивали пять лет, а потом выяснили, что они угодили в Тэрх-тер-Гранна, и поиски прекратили.

Викуля так рот и открыла. Сразу вспомнились бабушкины сказки долгими зимними вечерами у камина.

Тэрх-тер-Гранна, или в земной этимологии «Кольцо Единорога» — самый загадочный и неисследованный поперечный виток Млечного Пути. Сколько леденящих душу легенд о нём сложено! А ворота, предположительно ведущие туда, своего рода галактический «бермудский треугольник».

— Я знаю, — блеснула эрудицией Вика, — там… такое искривление пространства, что делает его недостижимым, обычным ходом. Но один корабль всё же побывал там, лет двести назад и… вернулся. Мне бабушка рассказывала.

— Да, — уважительно подтвердил Сотников. — Звёздный дракон. Самый первый звёздный дракон. Его потом демонтировали, но он и после вернулся… Так вот. Поиски родителей и брата прекратили, а Хёгена воспитали родственники, благо, у него их множество. И это наложило свой отпечаток. Хёг рос замкнутым ребёнком. Раннее развитие, проблемы со сверстниками… А может истинная причина в неблагоприятном сочетании разных ДНК, но… Когда ему исполнилось лет двенадцать-тринадцать он сбежал из дома на поиски пропавших и попал к пиратам.

— Ужас какой! — воскликнула Вика.

— Не то слово, — вздохнул ректор. — Ещё и потому, что эти пираты вылезли из Тэрх-тер-Гранна. Каким чудом — неизвестно, но они забрали Хёгена с собой. Что пережил мальчик… Выяснить так и не удалось. Ни его генотерапевту, ни ксенопсихологу. Он так никому и не сказал. Несколько гено-телепатов работали с ним, но… он водил их за нос и блокировал, подбрасывая им ложные образы. Как Хёген вернулся — тайна покрытая мраком, но он пришёл оттуда уже шестнадцатилетним и совершенно иным. Тер-Гранна меняет людей и не людей. Самое главное, Хёг нашёл своих близких, но… Они отказались возвращаться с ним. Это подорвало его веру в генофонд. С тех пор парень не любит говорить о своих родителях.