* * *

Дальше начиналась конвейерная работа. Вначале к нам заносили тех, кому нужно срочно оказать помощь. Остальные шли по остаточному принципу.

Корф и я погружали раненных в сон. Потом Герек и его ученики прочищали раны и вправляли кости. А мы уже залечивали раны или наполняли человека энергией, чтобы он выдержал операцию.

Были люди, которым даже мы не смогли помочь. В основном это происходило из-за большой потери крови, которую нам брать было неоткуда. Реже попадались люди, у которых были несовместимые с жизнью травмы головы. Некоторым я постарался помочь, используя свою способность, но быстро почувствовал, что с таким расходом энергии я не продержусь и часа. Поэтому приходилось выбирать либо жизнь одного, либо жизни нескольких.

Через пару часов, подготовленных для раненных мест, почти не осталось. А имперские эскулапы не справлялись. И они всё чаще стали отправлять раненных в наш госпиталь. К тому же, если сравнивать то, как организована работа у них и у нас, то на их фоне мы сильно выделялись. Слух о нас, как о квалифицированных врачах, распространился очень быстро. И пару раз я слышал, как возникали конфликты из-за нарушения очередности.

Позже я узнал, что к нам присоединилась Эмери, которая следила за порядком, а также за соблюдением очередности. Хотя на самом деле, она взяла на себя функцию выбора, кого из людей нужно было поставить на ноги в первую очередь. И кому эту помощь не оказывать вообще!

Но об этом я узнал только с наступлением сумерек. Когда поток раненных уже закончился.

— Что скажешь? — спросил я у Герека, вид у которого был очень усталым.

— Скажу, что последний раз так уставал во время гражданской войны в Египте. — Лучше скажи, как ты себя чувствуешь? Корф свалился, когда до наступления темноты. А ты ещё довольно сносно выглядишь.

— Всё дело в этом! — достал я накопитель энергии. — Мама принесла его, когда пришлось лечить сына Макарова.

— Это тот, которого тебе лично положили на операционный стол? — спросил он.

Я кивнул.

— Первый раз увидел, как человек держится за жизнь только за счёт личной силы. Пока достал наконечник из сердца, трижды приходилось использовать омолаживающую силу. А если бы ты не подошёл, то думаю потратил бы ещё больше энергии. — сказал я.

— Ты в следующий раз, когда к тебе будут поступать такие «ВАЖНЫЕ» — выделил он это слово, — пациенты, не бойся просить помощи. Пока что у тебя нет сил и сноровки как правильно вытаскивать из тела чужеродные предметы. Но года через два физиология возьмёт своё и будешь со своим даром работать, как конвейер. А пока лучше, чтобы с тобой работал кто-то из моих учеников. И им опыт, и тебе помощь.