В конце концов завтрак из консервированной рыбы, плюс сканирование поверженных тел, слегка смирили нас с окружающей действительностью, заставив продолжить осмотр разлома. И решающим стало наличие в поверженных телах новых ингредиентов. Клыки и сердце крыс оказались алхимическими ингредиентами, предназначенными для создания эликсиров. Что это за эликсиры и как их делать было абсолютно непонятно и мы, вспомнив обычные игрушки, предположили, что рецепт может выпасть из одного из монстров, вероятнее всего, из каких-нибудь боссов, чтобы они из себя здесь не представляли. Потрошить отчаянно смердящие трупы нам жутко не хотелось, и мы ограничились только парочкой, с остальных собрав только клыки, вырезая их из жутких пастей ножами. Нелёгкое дело, трудоёмкое и без рецептов бесполезное, так что, совершив это, мы были вынуждены пойти дальше в призрачной надежде, что наши старания не пропадут втуне и впереди нас ждёт что-то более интересное.
Две оставшиеся у нас гранаты и полный магазин к автомату давали надежду, что с боссом проблем не будет, лишь бы его не окружала пара сотен тех тварей, от которых мы только что еле отбились. То что они будут, мы не сомневались, тем более подсказки системы об этом не призрачно намекали, но мы надеялись, что сможем вытаскивать их частями назад к баррикаде, выстроенной нами из двух газовых баллонов и коробок со жратвой, а если что всегда можно умотать наверх. Возможность этого проверил Зубр, пока я разминал восстанавливающуюся ногу, он ужом скользнул наверх и через пять секунд вернулся вниз, сообщив что наверху всё по-прежнему и никаких ограничений на вход-выход у нас нет.
Мы двинулись в том направлении, откуда прибежали крысы, правда, идти пришлось гораздо меньше, чем длилась наша моральная подготовка к этому. Чуть больше десяти шагов и разлом закончился небольшим расширением.
Впрочем, за это недолгое время воздух вокруг нас будто сгустился, заставляя нас двигаться будто сквозь густой смердящий кисель, сдерживающий наши движения и с трудом втекающим в легкие, а так же наполнился глухими звуками бьющегося гигантского сердца. Звук биения с каждым шагом все ускорялся, заставляя наши спины покрываться холодным потом. И ощущение это никуда не делось, когда мы дошли до конца, а лишь еще больше усилилось, добавляя дополнительной жути, открывшейся перед нами картине.
Там был всё тот же темный земляной разлом, вот только антураж здесь был совсем иной чем в месте спуска: пол и стены украшали чисто обглоданные человеческие скелеты, с разинутыми в немом крике челюстями. Те были странным образом сплетены друг с другом, образуя что-то наподобие жутковатого гнезда, дополнительно укреплённого древесными корнями, безжизненными плетями свисающими с потолка. Они обвивали жёлтые кости, соединяя их в единое целое. В центре этого сооружения лежала разрубленная пополам здоровенная крыса. Кто-то могучим ударом разрубил её от головы и практически до задницы, демонстрируя нам её слегка пульсирующий внутренний мир.