будешь брать, Лис? — Нет, — отрезал я и протянул ему золотой. Гарик взял его и по профессиональной привычке попробовал еще раз что-нибудь мне впарить: — Ампулу силы? Ловкости? Еще убойные таблетки утром поступили. Вообще отпад. Не хочешь попробовать? — Не сегодня, — скупо обронил я, отводя от него взгляд. — Держи тогда, — недовольно выдохнул дилер и протянул мне три пакетика «Снотворного» и семьдесят монет сдачи. Я признательно кивнул головой и направился к Крысе, транзитом через жестяной ящик приюта. Пока шел, меня чуть не окатили помоями с мостков. Я вовремя увернулся, но пара капель вонючей воды все же попала мне на штаны. — Чтоб тебя мобы разорвали! — гневно заорал я, задрав голову кверху, пытаясь разглядеть «обидчика» или «обидчицу». В ответ в меня полетело гнилое яблоко, а затем картофельные шкурки, сопровождаемые отборным женским матом. Пришлось позорно ретироваться. Не буду же я в нее стрелять? А дух промолчал, не усмотрев в этой «атаке» угрозу моей жизни. Будь его настройки выставлены на максимальное значение, то, возможно, он тогда бы что-нибудь шепнул, а так высокомерно проигнорировал. Дальше я двигался в несколько уязвленном расположении духа. Правда, буквально через несколько минут мое настроение выровнялось. А когда я оказался возле жестяного ящика приюта, то и вовсе повеселел. Закинув внутрь двадцать серебряных, я пошел к берлоге Атоса. Отсюда уже был виден его дом. Он больше походил на то здание, в котором снимал квартирку Кос, нежели на ту многоэтажную халупу, где жил я. Вот только состояние дома Крысы оставляло желать лучшего. Под окнами первого этажа лежали горки штукатурки, отвалившейся от фасада. Рядом валялись кирпичи, выпавшие оттуда же. Крыша в дальней от меня части дома существенно просела. А мостки, соединяющие это здание с другими, неплохо так прогнили. Грязные окна квартирки Атоса светились мутным желтым светом. Отлично, парень еще не спал. Это, конечно, не остановило бы меня, но все же лучше Крысу лишний раз не нервировать. Я вошел внутрь дома, перешагнув через мелко хихикающее тело мужчины. Его глазные яблоки дергались под закрытыми веками. От него несло сладковатым ароматом галлюциногенной травы. Обычная картина в это время дня в этом районе городе. Я двинулся вверх по жутко скрипящим деревянным ступеням. Стены подъезда были разрисованы всякими непристойностями. В воздухе витал запах трупного разложения, будто где-то здесь сдохла мышка или кошка, а то и Жучка с внучкой. Из каждой третьей квартиры, доносились звуки скандалов