— Ты хочешь знать, что я такого сделал? — В бешенстве прокричал Дарт. — Тогда я скажу тебе. Я единолично, своими руками разрушил алтарь храма Райдзина в Пурантане, я убил главного жреца этого храма и половину всех его служителей. А теперь я собираюсь проделать то же самое в этом храме. И ты будешь моей первой жертвой!

Улыбка сползла с довольного лица жреца, и Дарт стремительно бросился вперёд, занося меч. Широким размахом сверху вниз он намеревался разрубить индуса пополам, но, неожиданно, меч оттолкнулся от тела жреца, окутавшись снопом молний. Дарта отбросило на полшага назад, но он снова нанёс удар. И опять меч натолкнулся на светящуюся преграду. Он снова и снова кидался вперёд, но все его усилия оставались безрезультатными. Остановил его хриплый смех жреца.

— Твоя ложь сама выдаёт себя. Ни один смертный не в силах причинить вред мне или другому верховному жрецу всемогущего Райдзина. А в пределах храма эта защита распространяется и на всех его служителей. Ты никогда не смог бы даже поцарапать кожу на теле жреца храма в Пурантане.

Дарт яростно глянул на жреца, осмотрелся вокруг и бросился к алтарю, намереваясь разрубить фигуру бога. Но его опять остановила невидимая стена, на этот раз окружившая алтарь. Он кидался на неё, безумно крича, и слепящие молнии впивались в его тело, причиняя невыносимую боль. Наконец, он остановился, стоя на коленях и тяжело дыша.

— Ты бессилен против неуязвимого Райдзина. — Продолжал смеяться жрец. — Ты — червь. Ты даже меньше, чем червь. Ты — полное ничтожество, неспособное вообще ничего сделать, против воли бога. Все твои усилия нанести вред ему или его служителям заранее обречены на провал.

Дарт поднял на него налитые кровью глаза.

— «Я не могу проникнуть в алтарь». — Подумал он. — «И я не могу причинить вред жрецу. Но что может помешать мне, схватить эту жирную свинью и, не причиняя ей никакого вреда, кинуть в алтарь? Насколько я помню, именно это произошло в прошлый раз».

Дарт поднялся и медленной походкой приблизился к жрецу. Никто и вооружённых охранников, стоявших рядом, не попытался помешать ему. Дарт резким движением вцепился в одежды толстого индуса и попытался дёрнуть его в сторону, приподнимая над головой. Но вместо этого тысячи молний вонзились ему в руки, плечи и всё тело. Он изо всех сил пытался сдвинуть жреца с места, но каждое его усилие сопровождалось умопомрачающей болью, сводящей тело судорогой. Раз за разом дёргал он одежду, пока боль не заполнила всё его сознание, и он не рухнул на пол, не в силах пошевелиться.