Я нарушил священную традицию. Убил семерых парламентеров, пришедших под белым флагом. Совершил то, что не совершал никто на протяжении веков. И теперь это пятно останется на мне навсегда. Но я взял Крепость. Без осады. Без штурма. Без лишних жертв среди наших бойцов и ее защитников.
Я шагнул к воротам и двинулся сквозь расступающуюся толпу кадетов, которые смотрели на меня с презрением и ужасом. Я шел в лес. Мне нужно было остаться в одиночестве. Хотя бы на пару часов. Чтобы очистить руки от крови, а мысли — от заполняющего меня отчаяния.
Я превратился в чудовище, достойное носить титул Апостольного Князя или же стал наконец самим собой. Мой биологический отец — князь Псковский был прав. Он был бы горд за меня.
Глава 6 Минута слабости
Я бежал по лесу. Не перемещался в пространстве с помощью Рунной Силы, а именно бежал — как когда-то в самом начале Игр. Бежал, не разбирая дороги, не замечая препятствий, сшибая плечами тонкие стволы молодых деревьев, продираясь сквозь кустарник, перепрыгивая через упавшие бревна.
Ветви хлестали по лицу, оставляя болезненные царапины на щеках и лбу, цеплялись за одежду, рвали окровавленную ткань. Где-то вокруг могли бродить разведчики Тульского, но мне было плевать. Сейчас мне было все равно — встречу ли я врага или дикого зверя, нападет ли на меня целый отряд или высокоранговая Тварь.
Я отчаянно хотел оказаться у нашего с Ладой ручья. Нашего с Ладой и нашего с моими друзьями, которые сейчас поднимают за меня полные чарки в чертогах Единого, посмеиваются над моими неудачами и радуются победам.
Лес вокруг постепенно менялся. Плотная чаща редела, высокие дубы и клены уступали место соснам и березам. Земля под ногами становилась все более влажной, мягкой, покрытой мхом. Я чувствовал знакомый запах — запах воды, чистой родниковой воды, смешанный с ароматом хвои и диких цветов. Сердце забилось чаще, не от усталости, а от предвкушения. Еще немного, еще несколько сотен метров, и я буду там.
Поляна открылась неожиданно, как всегда. Словно лес специально прятал это место от посторонних глаз, охранял его, берег для избранных. Небольшое открытое пространство в густой чаще, окруженное высокими соснами, через которое протекал журчал прозрачный ручей.
Все было как месяц назад, та же поляна, та же запруда, вот только ни Лады, ни парней со мной больше не было. Я начал яростно срывать с себя окровавленную одежду. Ткань рвалась в руках, швы трещали, пуговицы отлетали в стороны, но мне было все равно. Я швырнул рванье на траву, и бросился в воду.
Ледяная вода обожгла кожу так сильно, что на мгновение перехватило дыхание. Холод ударил в грудь, сковал мышцы, заставил сердце биться быстрее и громче. Я погрузился с головой, чувствуя, как вода смывает кровь, грязь, пот. Как уносит с собой алые разводы, растворяя их в своих прозрачных струях.