Отдельной темой, которую увлеченно обсасывали газеты (смею надеяться, что не только российские) было мое повеление о переименовании Военного министерства в Министерство обороны Российской Империи. Что свидетельствовало, по мнению прессы, о подчеркнутом миролюбии нашего Отечества и лично Священной Особы Его Императорского…

За моим плечом негромко предупредительно кашлянули. Я поднял взгляд и приметил требуемого человека.

— Господин Маршин! Вот так встреча!

Зашедший в кафе офицер оглянулся и расплылся в улыбке.

— Штабс-капитан Артемьев! Искренне рад видеть вас в добром здравии! Вы как здесь?

— Да, вот, решил чашечку кофе испить. Вы где пропали? Вижу не соврал владелец дома, когда сказал, что вас мобилизовали.

— Вы справлялись обо мне?

Маршин удивленно на меня посмотрел.

— И вы еще спрашиваете! Я же должен был проверить, хорошо ли вас приняли, ведь я вам рекомендовал эту квартиру!

— О, да, благодарю вас. Квартира была прекрасной. Жаль, что долго мне в ней пожить не удалось. Меня и в самом деле мобилизовали.

Усмехаюсь.

— Да уж, вижу! Теперь я вам должен честь отдавать, как старшему по чину.

Маршин раздраженно отмахнулся.

— Ах, оставьте эти глупости. Какой из меня офицер? Всего лишь зауряд! Вот вы, сразу видно — боевой офицер, а я так, штатская штафирка, на которую напялили мундир и погоны.

— И где вы нынче? Судя по всему, вас не на фронт призвали.

Я с интересом ждал ответ на мой вопрос. От этого и других ответов зависело очень многое.

Бывший инженер АМО рассмеялся невесело.

— Право, Владимир Иванович, лучше бы на фронт определили. Там бы я хотя бы пользу приносил Отечеству.

Делаю удивленное лицо.

— Что так? В какую-нибудь дыру определили?

Мой собеседник досадливо крякает.

— Хуже! Бумажки-бумажки-бумажки…

— Важные хотя бы бумажки?

Маршин смотрит мне в глаза и серьезно отвечает:

— Вы не поверите, штабс-капитан. Бумажки важные и секретные. Как у того интенданта, который должен блюсти военную тайну, дабы неприятель не узнал численность дивизии по количеству выданного интендантом исподнего.

Мы рассмеялись. Спрашиваю про между прочим:

— Так вы где сейчас остановились-то? Хотелось бы как-то встретиться еще раз-другой.

Инженер вздыхает.

— Увы, дорогой Владимир Иванович, увы. Получил предписание завтра покинуть столицу.

— Очень жаль. Далеко?

— Дело пустяковое, но дорога долгая. Так что…

Он развел руками в извиняющемся жесте.

— Надеюсь свидимся!

— Непременно! Вернетесь в Первопрестольную, напишите мне по вот этому адресу. Мне передадут.

Зауряд-капитан Маршин прячет в карман мою бумажку, а затем, увидев кого-то, встает. Оборачиваюсь, к нам подходит молодая привлекательная барышня.