— Делиться надо! — заорал кто-то из «Неукротимых».

— А чего это мы должны с вами делиться? — огрызнулся бородатый Мукаев. — Сами нашли!

Ситуация накалилась до предела. Наёмники из разных компаний сбились в толпу вокруг погреба, готовые в любой момент схватиться за оружие. Только вмешательство генерала Хлястина предотвратило кровопролитие.

— Разделить поровну между всеми частями, — холодно приказал он. — По кружке на человека, не больше. Завтра бой.

Но приказ генерала выполнялся формально. Как только офицеры отвернулись, началась скрытая торговля. Те, кто получил свою порцию, продавали её втридорога жаждущим. Наёмники охотно меняли выпивку на жалованье и патроны. Бояре от «мерзкой сивухи» отказались и раскупорили бутылки из своих запасов, потому что, конечно, в поход вышли подготовленными.

С наступлением темноты армия окончательно расслабилась. День изматывающего марша по пустой местности, постоянные остановки из-за мин и засад, отсутствие нормального снабжения — всё это вымотало людей. Найденный алкоголь поднял настроение, но и усыпил бдительность.

Охрану выставили чисто формально. Дюжина несчастных часовых на окраинах деревень, поглядывающих с завистью в сторону пьянствующих товарищей, да и те больше грелись у костров, чем следили за окрестностями. Какая опасность могла угрожать тысячной армии в опустевших деревнях? Платонов со своей горсткой защитников засел в Угрюме, а до него ещё несколько часов пути.

В лучших домах расположилось командование. Генерал Хлястин занял дом старосты в Больших Островах, полковник Ладушкин — соседний. Командиры наёмных компаний делили между собой несколько добротных изб в центре Малых Островов. Простые солдаты набивались в дома поплотнее, стараясь согреться в октябрьскую ночь. Многим пришлось спать прямо на полу, подложив под себя солому или старые тряпки.

К полуночи шум стих. Пьяные голоса смолкли, костры догорали. Армия погрузилась в тяжёлый хмельной сон. Часовые дремали на постах, изредка подбрасывая дрова в огонь. Даже собаки не лаяли — всё живое заранее покинуло деревню.

Первый дым появился около четырёх часов ночи. Тонкая струйка поднялась от амбара на окраине Малых Островов, где спали бойцы Убойных стрелков. Потом задымился сеновал в Больших Островах. Через несколько минут загорелся дом, где разместились наёмники Булата.

Огонь распространялся с неестественной скоростью. Красные языки пламени перескакивали с крыши на крышу, игнорируя сырость октябрьской ночи. Соломенные кровли вспыхивали, как порох. Деревянные стены занимались, будто пропитанные смолой.