— Вызывали, господин воевода? — он коротко поклонился, переводя взгляд то на меня, то на тренирующихся Валькирий, среди которых была его дочь.

— Да, — я отвёл его в сторону, чтобы их упражнения не мешали разговору. — Соколов, я наблюдаю за Валькириями уже несколько минут. Знаешь, что я вижу?

— Что, господин? — он прищурился, следя за стрельбой.

— Вижу хороший материал, но недостаточную выучку. Им нужен командир, настоящий командир. Тот, кто знает, как выжить в бою с Бездушными и как научить этому других.

Евдоким поднял бровь, медленно осознавая направление разговора:

— Вы что же, хотите…

— Предлагаю тебе возглавить отряд Валькирий, — прямо сказал я. — Стать их командиром и наставником. Ты бывший десятник Стрельцов, опытный боец. Я видел, каким бойцом ты сделал свою дочь. Теперь хочу, чтобы ты так же обучил и других.

Собеседник задумчиво почесал подбородок. Его взгляд скользнул по рядам тренирующихся женщин и остановился на дочери:

— Из женщин хорошие стрелки выходят, — медленно произнёс он. — Рука твёрдая, дыхание ровное, с концентрацией и усидчивостью проблем нет. А вот с дисциплиной бывают проблемы.

Он снова перевёл взгляд на меня:

— Но мне они кажутся толковыми. Да и дисциплина — дело наживное. Научатся.

— Так берёшься? — спросил я прямо.

Евдоким помолчал несколько секунд, явно оценивая масштаб работы, которая предстояла:

— Берусь. Но пока гарантий не даю — не знаю, что за мотивация у этих женщин, насколько они готовы к настоящему испытанию.

— Мотивация простая — выжить, — ответил я. — Когда начнётся Гон, на счету будет каждый боец, способный эффективно сражаться. Ты им это объяснишь лучше меня.

Мы вернулись к тренировочной площадке. Я поднял руку, привлекая внимание, и Валькирии прекратили упражнения, построившись передо мной.

— Вы хорошо работаете, — начал я, обводя взглядом их ряды, — но до настоящих бойцов вам ещё далеко.

Некоторые из женщин нахмурились, в глазах других мелькнула обида.

— Поэтому с сегодняшнего дня вашим командиром становится Евдоким Соколов, бывший десятник Стрельцов, — продолжил я, указывая на стоявшего рядом мужчину. — Он будет отвечать за вашу подготовку, дисциплину и действия в бою.

В рядах послышался ропот. Марья даже сделала шаг вперёд:

— А как же отец Макарий? — в её голосе звучал вызов. — Он хорошо нас учил! Что, не угодил чем-то?

— Да! — поддержала её другая. — Мы и так неплохо справляемся! Зачем нам новый командир?

Я понимал их реакцию. Женщины решили, что я не одобряю работу отца Макария, к которому они явно испытывали уважение и привязанность.