Я положил руку на плечо алхимика:

— Александр, я не прошу тебя создавать монстров или калечить людей. Я прошу найти способ защитить тех, кто будет сражаться на передовой. Если решишь, что это невозможно сделать безопасно — так и скажи, и мы оставим эту затею.

Зарецкий помолчал, обдумывая мои слова, и его лицо постепенно прояснилось:

— Если смотреть с этой стороны… Да, это действительно другой подход. И я, пожалуй, могу попробовать, но мне потребуется время и ресурсы.

— У тебя будет и то, и другое, — я указал на ящики с Реликтами. — Начни с изучения того, что мы уже имеем. И помни — безопасность превыше всего. Лучше более слабый, но безвредный препарат, чем мощный, но опасный.

Алхимик взял в руки один из листов Перелиста и поднёс его к свету, внимательно рассматривая структуру, в его глазах появился исследовательский интерес:

— Я попробую, господин воевода. Не могу обещать результат, но… если есть способ безопасно помочь нашим защитникам, я его найду. — Кстати, есть ещё кое-что, что меня беспокоит. Этот шестой Реликт в крови подопытных… Без понимания, что это за вещество и как оно действует, любые попытки воспроизвести эффект могут быть опасны.

— Есть идеи, что это могло быть?

— Только догадки, — он потёр лоб. — Этот Реликт стабилизирует энергетические потоки и снижает отторжение…

— Что ты предлагаешь?

— Мне нужно заполнить слепые пятна в понимании механизмов, — Зарецкий взял одну из своих записных книжек. — Провести серию фундаментальных исследований, прежде чем переходить к практическим экспериментам. Нужно выяснить, как именно действует каждый Реликт, как они взаимодействуют между собой, и главное — как снизить нагрузку на метаболизм.

— Разумно, — согласился я. — Начни с самого безопасного.

Я направился к выходу, оставляя Зарецкого наедине с его мыслями и исследованиями. Надвигающийся Гон требовал от нас невозможного, и если мы могли дать нашим бойцам хоть немного больше шансов на выживание, то мы обязаны попытаться.

Где проходит грань между необходимостью и этичностью? Между спасением жизней любой ценой и сохранением человечности?

Я не позволю нам повторить ошибок и преступлений Фонда. Не позволю нам потерять свою суть в погоне за силой. Никаких принудительных экспериментов, никаких жертв. Этот мир, увы, стоит перед лицом древнего зла, и порой приходится искать неочевидные решения, но никогда — за счёт утраты человечности. Я уже слишком хорошо видел в прошлом, к чему это приводит…

* * *

Покинув лабораторию Зарецкого, я направился на поиски Василисы. Голова гудела от противоречивых мыслей. Мои поиски увенчались успехом у строящегося здания школы. Василиса энергично жестикулировала, объясняя что-то паре плотников. Она заметила меня и прервалась на полуслове.