План был прост — каждый действует самостоятельно. Если поймают одного, остальные продолжают попытки. Но была у них и договорённость — помогать друг другу, если представится возможность.

Гаврила ждал почти полчаса, изучая ритм смены караула. Наконец, он начал движение, используя каждую складку местности. Каждый метр давался с трудом — приходилось замирать при малейшем подозрительном звуке. Трава шуршала под телом, но разведчик двигался в ритме ветра, маскируя шорохи естественными звуками.

Первый ров. Спуститься было несложно — склон гласиса пологий, специально сделанный для лучшего обстрела. А вот подняться с другой стороны под носом у часовых… Он уже собрался метнуться, когда внезапно свело левую икру. Разведчик стиснул зубы, массируя мышцу, пока судорога не отпустила. Слишком долго лежал неподвижно в траве.

Гаврила выждал момент, когда дозорный на ближайшей башне повернулся к напарнику, и проскользнул вверх по склону. Десять быстрых шагов в сумраке — и он уже прижался к основанию частокола.

Сердце колотилось как бешеное, но охотник заставил себя дышать ровно. Прислушался. Шаги часового на башне — размеренные, спокойные. Не заметил.

Теперь самое сложное — преодолеть двойную стену. Гаврила достал из-за пояса моток тонкой верёвки с небольшим крюком. Метнул вверх, стараясь попасть между брёвнами.

Разведчик полез вверх, благодаря всех богов за годы лазанья по деревьям и скалам. Во время преодоления внешней стены острая кромка бревна неудачно уколола предплечье, порвав тёмную одежду. Гаврила сдавил рану, чувствуя, как тёплая кровь сочится между пальцев. Нужно было терпеть — любая капля на земле выдаст его присутствие.

Охотник замер в узком пространстве между ними, лёжа животом на гальке и утрамбованной земле. Здесь было темнее — светокамни освещали внешнюю сторону, оставляя промежуток в тени. В этот момент за второй, внутренней кромкой частокола зазвучали голоса:

— Алло, третий пост, как дела? — донёсся хриплый бас из амулета связи.

— Всё спокойно, — ответил часовой в метре от Гаврилы. — Проводим плановый обход.

Охотник вжался в землю так, что едва мог дышать. Доски помоста скрипели почти у него над головой.

— Говорю тебе, зря княжна согласилась на эту затею, — продолжил часовой уже своему напарнику.

— А что ей оставалось? Местный воевода встал в позу. Надо показать превосходство, чтобы потом не было вопросов, кто главный.

— Да какое превосходство? Посмотри на этих деревенщин. Может, стрелять и научились, но против профи…

Голоса удалились. Молодой охотник выждал ещё несколько минут, прислушиваясь, затем продолжил движение. Вот он перемахнул гребень, и перед ним открылось внутреннее пространство бастиона.