поставил бокал. — А что предпочтете вы, Лемак? — Сотрудничество. Мне кажется, что у нас есть шанс. Ты простил механистку, а ведь она лично пытала тебя. — В том-то все и дело, Лемак. Ладно. Я выбираю дружбу. Он протянул адмиралу руку, но Лемак не спешил ее пожать. — Сотрудничество, Артур. На примере Кея Дача я оценил твое отношение к друзьям. — Как вам угодно, адмирал. — Лицо Артура даже не дрогнуло. — Позвольте дать совет… на правах партнера? — Говори. — Кей направится на Грааль. — Опять? С чего ты взял? — Считайте это гениальной догадкой. Мы должны перехватить его в пути. — Для этого потребуется сотня эскадр. Нам неизвестен тип его корабля, время отлета и курс. — Кей будет использовать малые корабли. Следовательно, пойдет с дозаправкой. Я посидел над компьютером. Он остановится либо на Рухе либо на Фиернасе. Скорее на Фиернасе — он знает историю, и отношения к вам мршанцев для него не секрет. Лемак сел, глотнул пива прямо из бутылки. Глянул на Артура с легким удивлением: — Почему ты так старательно его сдаешь, мальчик? — Не ваше дело, адмирал. Вы рискнете нанести визит мршанцам? Карл Лемак отвел глаза: — Не знаю, Артур. 2 Рационы первых космонавтов Земли так никогда и не канули в Лету. Дач, с легким отвращением на лице, достал несколько туб и упаковку с крошечными «буханочками» некрошащегося хлеба. — Я не хочу есть, — хмуро заметил Томми. — Зря. Довольно вкусно. — Кей выдавил в воздух темно-фиолетовый комок, потянулся, проглатывая его. — Знаешь, в организме человека есть какие-то странные механизмы адаптации. Не представляю, чтобы на планете я стал есть пюре из творога и черной смородины. — Кальций. — Вероятно. Но откуда моему телу знать, что в невесомости кальций вымывается из костей и что в твороге его много? — За полтысячелетия космических полетов могут выработаться любые рефлексы. — И унаследоваться? Вряд ли. Ты будешь? — Я же говорю — нет. Мне хватило одного знакомства с санузлом. — Как хочешь. — Кей выдавил остаток тубы. — Но через пять часов уже Фиернас. — Там и поем. Дач невозмутимо продолжил обед. Томми угрюмо смотрел на экраны. Серая муть на обзорных, зеленые огоньки на контрольных… — Можно представить мир без невесомости, Кей? — Вероятно. Подумываешь о «Линии Грез»? — Да. Если твоя идея провалится, то я хотел бы уцелеть. — Все будет нормально. Ты выведешь меня к… Злой Земле. — Скажи уж — к Богу… — Томми хмыкнул. — Самый последний крестовый поход. Маньяк-убийца и контуженный проводник. — Тогда уж — контуженный пророк. — Кей… Дач повернулся к Томми.