— То же мне воины, — поморщился Офриад, прыгавший по камням вниз рядом с Тарасом, — не умеют даже умереть достойно.

И с ходу метнул копье, поразившее в грудь возницу. Мертвый перс рухнул под колеса. Колесница переехала его, подпрыгнув на теле, и остановилась. Двух оставшихся персов моментально окружила толпа периеков, поднявшая их на свои копья. Следом тотчас попыталась прорваться еще одна колесница. И ей это почти удалось. Персы проложили себе дорогу, затоптав конями, а затем, изрубив в куски многих периеков. Воины из колесницы метали в греков свои дротики, разя наповал. На глазах Тараса один из периекских лучников, оказавшийся на пути бешено несущейся колесницы, не успел увернуться и напоролся на выставленное вперед копье-таран. Сразу несколько длинных и широких лезвий пробило его доспех, выйдя из спины. Кровь брызнула во все стороны, когда колесница персов почти вырвалась из окружения и попыталась объехать головную, лежавшую теперь на боку. Но копья Гисандра и Архелона остановили ее, убив двоих седоков. А прилетевший откуда-то сзади арбалетный болт сразил наповал третьего.

Скоротечная битва вскоре завершилась. Копейщики в ближнем бою добили всех, кого не успели сразить лучники. Тарас прошелся вдоль поверженных колесниц и, подсчитав свои потери, ужаснулся. Эта атака стоила ему почти двадцати периеков. Впрочем, никто из спартанцев не погиб, а из персов никто не прорвался через перевал. Все полегли здесь, некого было даже допросить. Зато теперь в его распоряжении было восемь вполне исправных колесниц, на которых он собирался немедленно двигаться к недалекому берегу.

— Придется переодеться персами, — заявил Тарас Офриаду, останавливаясь возле одного из мертвых персидских воинов, лежавшего на камнях и разглядывая почти целый доспех. Перс был убит стрелой в шею.

— Можно ли нам сменить свои красные плащи на эту варварскую одежду? — возмутился Офриад.

— А ты где-нибудь видел спартанцев, спокойно разъезжающих в колесницах по персидскому лагерю? — ответил тот вопросом на вопрос.

— Мы нападем на персидский лагерь? — от такого предположения в глазах Офриада загорелся огонек.

— Немедленно, — объявил Тарас, — правда, не на большой лагерь у Трахина, это было бы глупостью. А на стоянку моряков на берегу, что под самым перевалом. Мы переоденемся персами, приблизимся и внезапно нанесем удар. Я хочу сжечь побольше кораблей, пока они не ждут нападения. А колесницы для этого подойдут нам лучше всего.

— Ну, что же, — нехотя протянул Офриад, рассматривая другого мертвеца, — вот этот балахон будет мне впору.