Кивнул головой мужику, и мы минут двадцать обсуждали, кто и когда выезжает.

— С одной стороны хорошо, что мы позже высадимся в Теократии, ведь уже сломят оборону прибрежную, а с другой стороны плохо, ведь и добычи меньше будет, — посетовал Берт.

— Есть планы идти вглубь Теократии, — туманно пообещал я.

Хотя и не уверен был, что всё выйдет, как планировал. Там будет много разных отрядов: мой отряд, обоих тестей, дареный на время от Одрила, наёмники, нанятые Пьон, ещё и Сандай может присоединиться со своим отрядом. Да и с войной, вполне возможно, будет всё не так просто, нас ждут, и этот набег не первый. Тут подошли Дава с Флетчером, и разговор я закруглил.

На этот раз не было детского стола, и все сидели вместе. Одрил, два его помощника, два сына, я и Бурхес. Я впервые увидел маму принцев, принцессу Мильну, шикарную женщину, в довольно просторном платье, которое не могло скрыть всю сексуальность её фигуры, а также их сестру лет десяти. Я старался юморить, и, вроде, выходило неплохо, мама, которая сначала смотрела на меня взглядом ледяной королевы начала смотреть без презрения, что, однако, мне тоже не особо нравилось. Земных анекдотов тут не слышали и шутки заходили на ура.

— Нет ничего дороже, чем бесплатная женщина!

А вот тут она нахмурилась! Надо выбирать и выбирать, но это становилось труднее, я сроду в вине не разбирался, но сейчас вот пью и понимаю, что отличное! Название не спрашиваю, не до пьянок сейчас. Война на носу. Сидим неплохо, услужливые официантки, приятная музыка от небольшого оркестра, дорогие блюда, и мы обсуждаем обучение в школе ну и будущую войну, уж куда деваться. Единственно кому скучно, так это сестре принцев, она явно лучше бы поиграла в куклы, или во, что там играют девочки. Мне подарили рулон шёлка паучьего, очень легкого, красивого и антимагического. Жены будут рады что-то иметь из такого материала. Если Пьон лапку не наложит и не продаст втридорога. Для меня лично тоже подарок — музыкальная механическая шкатулка на двенадцать мелодий! Благодарю, понимая, что это чудо техники тут стоит немало.

— Гарод, я хотела тебе картины свои показать, иди за мной, — внезапно встала Мильна и направилась к выходу.

Уловив кивок Одрила, иду за ней, стараясь не смотреть ей на задницу. Бурхес пытался мне что-то сказать, идиот старый, советы решил давать. Сам разберусь, не маленький, вряд ли меня трахать так нагло ведут, но и картин я в спальне не вижу, кроме одной, на которой Мильна полностью голая смотрит на море, прямо над огромной, в половину немаленькой комнаты, кроватью.