В единственный свой выходной, который получил как моральную компенсацию, я сначала отправился к магам — хотелось пообщаться с женами. Благо это рядом со школой. Дошёл туда ножками по холодку. Погодка в столице начала портиться, того и гляди снежок выпадет, хотя для столицы это редкость. Удалось поговорить только с Милой. Пьон занималась случкой моего шикарного коня с прибывшими из империи Аками не менее родовитыми кобылами, а Ольча поехала проверять нашу гостиницу, там приехал кто-то знатный и родовитый. Простодушная Мила выдала все секреты. Оказывается, Пьон уже вовсю тошнило, и Ольча даже ей даже давала наш амулет для защиты плода — «скорлупу Деи». А у Ригарда тоже намечается потомство! Ещё к нам заезжал барон Малосси, привез налоги, и запросил разрешение на строительство гостевого домика на нашем побережье. Пьон разрешила с условием — держать там не менее трёх охранников и в случае чего от нихтребовалось оказать помощь при обороне поселения. Мой порт постепенно строился, и там уже поселилось около полусотни разных жителей, плюс наёмные бригады рабочих, плюс гости с кораблей, но суда пока заходили туда редко. Ещё Аньен ноет и хочет развлечений, просится в порт, что-то ей купить там надо. Подумав, даю согласие. Разумеется, её дочку и мою сестру ей не отдавать с собой. «Ольча мелкая» — пока единственная моя кровная родственница. А вот моей неудавшейся мачехе можно и развлечься.

— Пусть возьмёт двух, трёх охранников и выдайте ей пару десятков золотых, — разрешаю я.

После визита к магам я нанимаю кибитку, и еду в свою усадьбу. Несмотря на утро удалось купить курицу и овощи. С наслаждением, после нешибко обильного питания в школе, вгрызаюсь в бок яства. Неудобно, конечно, столика даже нет в моём временном транспорте. Кибитка маленькая и плохонькая, но недорогая, всего серебрушка в час. Я нанял её не из-за жадности и желания сэкономить, а просто под руку подвернулась первая. Чего не учёл я, так это понты. Когда я ехал на своём дилижансе, все видели — эксклюзивная модель, едет кто-то богатый и важный, а тут… кибитка! Перед самым своротом в наш переулок она вдруг дернулась и остановилась, а за тентом заорал кто-то могучий и грозный:

— Куда прёшь, грязь! В сторону прижмись! Выпорю!

Выглядываю наружу с интересом, настроение после разговора с домом философское, мечтательное. Вспомнил свою милашку Милу.

— Спрячь своё рыло, пацан! — орут, очевидно, мне, и тут же кучеру. — Ты! Горе-кучер! Расцепляй колёса своего хлама с моей каретой, пока не сжёг вас вместе с вашей рухлядью.