Фломелия довольно очаровательно улыбнулась, говоря последние слова.

— Порой мне его не хватает… — вздохнула она, поднимаясь. — Элард, конечно, был той ещё занозой в заднице, но когда столько времени проводишь с человеком, либо ненавидишь его всей душой, либо считаешь семьей. Может, когда-нибудь навещу его, а может нет. Пока я просто ищу себя в этом бесчисленном множестве миров.

И на этих словах Фломелия просто исчезла, оставив меня в размышлениях. Интересно, сколько ей на самом деле лет? Не одна сотня жизней смертных? То есть это уже почти тысяча лет.

— Странная она, — хмыкнула Юлианна, придвинувшись ближе.

— Ну если она и правда столько времени живет, в этом нет ничего удивительного. Думаю, я бы и сам был бы очень странным, проживи столько.

— Насколько странным? — улыбнулась девушка, придвинувшись еще ближе и добавив в нотки игривый тон.

— Насколько… — на мгновение задумался я. — Ну, к примеру, я бы носил огромную шляпу из железа.

— Думаю, она бы очень много весила.

— Добавил бы конструкт облегчения, — отмахнулся я. — Весила бы как обычно.

— Ага… И зачем бы тебе была нужна эта странная железная шляпа?

— В ней были бы все необходимые инструменты для работы. А ещё пара манипуляторов, — сообразив, что девушке это слово незнакомо, перефразировал: — Таких маленьких механических ручек.

От услышанного она прыснула от смеха и хлопнула меня по плечу.

— Да брось, что за глупости! Пха-ха-ха-ха!

— Почему глупости? Представляешь, как удобно? Хотя на самом деле эта шляпа скрывала бы мою лысину. Думаю, за столько лет я бы точно полысел.

Юлианна рассмеялась ещё громче, откинув голову назад. Приятно было видеть её такой после всего, что случилось за эту ночь. За то время, что она провела в Черном солнце, воительница научилась переключаться от увиденных ужасов на такие вот теплые моменты, чтобы не сойти с ума. Лишнее доказательство того, насколько удивительная вещь — человеческая психика.

Мы продолжали путь ещё около часа, углубляясь всё дальше в лес. Деревья становились выше и толще, их густые кроны смыкались так плотно, что солнечный свет едва пробивался сквозь листву. Броневик натужно полз по размокшей колее, а лошади позади то и дело нервно всхрапывали.

И тут впереди раздался свист Ксюши, подавшей условный сигнал.

— Стой! — крикнул я водителю, хлопая по броне, и машина замерла. Спрыгнув с крыши, я двинулся вперед, преодолевая расстояние магнитным толчком, туда, где рыжая снайперша уже спешилась и стояла, держа винтовку под рукой.

— Что тут?

— Там какое-то движение, — она указала куда-то между деревьями.