дней в самом конце полета. — Это тоже звучит достаточно неплохо, — сказал Клозе. — Когда ты перейдешь к плохим новостям? — Уже. Кислорода на все время полета нам хватит на четверых только в том случае, если мы будем дышать через раз и по очереди. К сожалению, эту функцию организма мы контролировать пока так и не научились. — На четверых? — уточнил Клозе. — Экипаж плюс пассажиры минус растение. — Жестко, но необходимо. А на троих кислорода хватит? — В обрез. — Что ты предлагаешь? Точнее, кого ты предлагаешь? — Как раз это я и собирался обсудить. — Пассажиры? — Исключено. Они гражданские. Сегодня они понимали друг друга с полуслова. — Хрен ли с того? Они знали, на что идут. — Она — женщина, он — старик. — Его и… Он свое отгулял. — Майор Клозе, вы готовы сказать это ему в лицо? — Могу. Он мне с самого начала не нравился. Больно умный. — Я бы предпочел женщину. Она стремная. — Может, обоих? — предложил Клозе. — Хорошая мысль. Кислорода останется — завались. Они помолчали. — Кинем монетку? — предложил, наконец, Юлий. — Нет. — Почему? — Ты — командир. Тебя выбрали первым, меня взяли только за компанию. Тебе начальству и докладывать. — Невелика хитрость — докладывать. Ты тоже можешь. Основные данные все равно в компьютере. — Тебя повысили на два звания, а меня — всего на одно. — Это просто недоразумение и формальность. — Ты лучший пилот, чем я. — С чего ты это взял? — Ты сумел подобраться к «деструктору», выпустить ракеты и отвалить, сохранив истребитель. Я — нет. — Только после того, как ты вышиб «деструктору» мозги. — Я эмоционально нестабилен. Я перестреляю штатских до конца полета. — Я — капитан судна, и меня они больше ненавидят. — Ты — семьдесят шестой в списке наследования. — Я не могу представить себе ситуацию, чтобы те семьдесят пять разом умерли раньше меня. — Ты — граф, а я всего лишь барон. — Я — командир корабля и могу тебе просто приказать. — Я тебе должен, — сказал Клозе. Он даже не успел ничего сообразить, как его выдрали из кресла пилота и припечатали спиной о стену. Юлий держал его правой рукой за горло, глаза полковника Моргана сверкали бешеной яростью. — Это за что ты мне должен? — прошипел Юлий. — За Сахару. Клозе приложили о стену еще раз. — Чтоб. Я. Этого. От. Тебя. Никогда. Больше. Не. Слышал! — произнес Юлий, делая паузу после каждого слова. — Задушишь, черт! Юлий отпустил Клозе. Несмотря на то, что душили одного, тяжело дышали они оба. Недостаток кислорода пока был ни при чем. — Псих, — сказал Клозе. — Я тебя только поблагодарить хотел.