его «сэром». В том, как он сейчас произносил это слово, присутствовала какая-то странность. Странность, которую Юлий пока никак не мог уловить. У майора Коллоджерро был мертвый взгляд. Даже не мертвый, убитый. — Майор… Винсент, мне кажется, что плохие новости не исчерпываются этими двумя, — сказал Юлий. Когда он доставал из кармана сигареты, его рука тряслась. Некурящий Винсент вытащил из кармана зажигалку и помог Юлию прикурить. — Нет, сэр. Не исчерпываются. — Тогда почему вы молчите? Вам трудно говорить? Кто-то еще умер? Кто-то, вам близкий? Или мне? Или вы собираетесь выдавать мне по одной смерти в предложении? — Я… Извините, с… сэр. — Вот опять эта странность. — Кто еще умер, майор? — спросил Юлий. — Император, — выдохнул Винсент. Юлия снова ударило кувалдой. Не по голове. В грудь. — Куда вы смотрели, майор⁈ Куда смотрело ваше долбаное УИБ? — Я же был здесь, сэр. На Эдеме, не на Земле. — Но как? Как это могло произойти? — Все тот же террорист, сэр, — сказал Винсент. — Ему удалось пробраться на празднование дня рождения императора в Лувре. Предположительно, у террориста было с собой восемь граммов антинатрия. У Юлия не было слов. Восемь граммов антивещества! Этого вполне достаточно, чтобы разнести весь Лувр. Очевидно, именно это и произошло. Дымящаяся сигарета упала на покрытие космодрома. — Сколько еще жертв? — Очень много, сэр. — И что вы хотите от меня? Майор Коллоджерро открыл папку, которую держал в левой руке. — Одной из прямых обязанностей Управления имперской безопасности является осуществление процесса наследования престола, — торжественным голосом объявил он. — У меня с собой список… Согласно которому вы являетесь следующим наследником императора Виктора Второго Романова. — Теперь Юлий понял, в чем заключалась странность произношения слова «сэр» в устах майора Коллоджерро. Тот не был уверен в средней букве этого слова. «Сэр» или «сир». — Специальный курьерский корабль, борт номер один, должен в ближайшее время доставить вас на Землю для коронации, после которой вы должны будете выступить перед нацией, сир. — Вы бредите, Винсент? Передо мной в этом гребаном списке еще семьдесят шесть фамилий! — Дело в том, сир, что на приеме по случаю дня рождения императора присутствовало очень много высокопоставленных гостей. — И что, вообще никого не осталось? — Осталось четверо, сир. Маркизу Дювалю не исполнилось и года, герцогу Россу, напротив, сто пять лет, и он уже не помнит самого себя, а граф Строганов признан недееспособным. К тому же он никогда не служил