И тем не менее вышла Елизавета другим человеком. Спокойствие, уверенность, легкость. Так ведет себя тот, кому не о чем переживать.

Поэтому на биту, лежавшую у меня на коленях, она посмотрела скорее удивленно.

— Две тачки, — кивнул я в сторону окна, пережевывая при этом пирог. — Вошемь шеловек. Кхм. Восемь человек с оружием, все одаренные. Герб Симонова.

— Странно. — С полным безразличием Елизавета подошла к окну. — Быстро они пригнали основные силы.

— Ты не выглядишь напуганной.

— Отель их задержит. Да и вряд ли Симонов настолько отбитый, что пойдет против… Нет, он не самоубийца. Отморозок и тугодум, но не псих. Ну да, уже уезжают.

И действительно. Все восемь человек сели в машины, развернулись и умчались, даже наблюдателей не оставили.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — уточнил я.

— А надо? — улыбнулась Елизавета. — Вот, возьми. Двести рублей, как и обещала.

— Спасибо. — Я принял купюры и не глядя сунул в карман. — Сделка завершена, стороны выполнили свои обязательства.

— Хорошо. Не поверишь, мне даже как-то дышать стало легче. Вроде бы двести рублей — мелочь. А так тяготило.

— Поверю, поверю, — улыбнулся я. — Просто ты хороший и честный человек. За тебя, я так понимаю, можно уже не беспокоиться. А статуэтка?

— Это главный экспонат грядущей выставки, никто не будет пытаться красть что-то из имперского музея. Симонов против империи даже в такой мелочи лезть не станет.

— А кто заказчик?

— Да кто ж его знает. Какой-нибудь шизанутый аристократ-коллекционер. За меня тоже не переживай. Я еще пару лет в экспедиции не сунусь, хватит работы в лаборатории. А там уже утихнет все.

— Так ты археолог?

— Научный историк. Ну да, простыми словами археолог. Но я больше изучаю древности, а не откапываю их, хотя и такое случается. Даже не представляю, сколько секретов скрывает этот кусочек камня! Не терпится добраться до лаборатории, у меня будет всего пара недель до того, как передадим его музею.

— Ну, я рад, что все в порядке. Я тогда в душ. Кстати, а где тут душ?

— Гостевой там, — кивнула она на дверь.

Раз огненный дух ее не интересует, то все сложилось отлично. Вряд ли Орто нужна статуэтка на память, которая, по сути, была его тюрьмой долгие тысячелетия.

Душевая оказалась большой, кабинка огорожена полупрозрачным стеклом. К счастью, тут нашлись гостиничное мыло и шампунь с приятным запахом. Когда горячие струи воды начали смывать налипшую грязь, я ощутил настоящее блаженство. Надо почаще останавливаться в гостиницах. А еще лучше — купить передвижной душ. Интересно, есть такой?

Я простоял так двенадцать минут, просто наслаждаясь блаженством. Потом дверь скрипнула. Сквозь запотевшее стекло заметил фигуру Лизы. Точно она, я ведь чувствовал ее душу.