Еще до того, как суда подошли ближе, на причал вывалились двадцать с лишним улыбающихся рыл, всем своим видом показывающих, как они будут рады поймать зубами небрежно брошенные швартовочные канаты. Сам владелец доходного дома тоже не заставил себя ждать, и на этот раз на нем был не банный халат, а желтый балахон. Швартоваться гостям он лично не помогал, но стоял рядом и улыбался так широко, что любой дантист мог бы оценить состояние его зубов, находясь по ту сторону канала.

Пока он улыбался, остальные его помощники шустро разгоняли толпящихся перед зданием работяг, спешно расставляли столы и лавки, бросали на столешницы металлические столовые приборы, выставляли стеклянные кувшины, графины и стаканы. Никаких скатертей или подушечек на лавках — ничего такого, что обычно любит элита. Четверо тяжело отдувающихся гоблинов притащили на прогибающихся шестах огромный медный котел, с невероятным облегчение и с гулким звоном опустив его на окружающие уже пылающий костер блоки. Облепившие лестницы и периметр «поляны» работяги обрадовано загудели, жадно подались вперед, и на них тут же налетели охранники, оттесняя назад. Остальные подручные хозяина доходного дома продолжали подтаскивать к пространству между фасадом здания и затоном с лодками самые разнообразные предметы: деревянные топчаны, рулоны циновок и одеял, какие-то рваные ковры, меховые шкуры…

Я вопросительно глянул на старого азиата. Он кивнул на почти подошедшие к причалу баржи с гордыми флагами.

— Это понятно, — буркнул я. — Но не бедновата ли обстановка для встречи элиты?

— Таковы традиции, — тихо ответил старик. — Нельзя тонуть в роскоши и забывать, в каких условиях выживали их предки. Что у них там было? Носимые с собой старые циновки, найденная в кирпичном крошеве вилка, сточенный нож, еда из обрывков мяса и костей с прошлой охоты, ну и остатки какой-нибудь крупы из заплечных мешков, сваренные в общем котле.

— Как трагично звучит… А эти? Наследники былого… в своих небоскребах они щас прямо так и живут? Валяются на драных циновках, жрут крыс…

— Тише!

— Да я просто спрашиваю…

— А ты не спрашивай! Пей саке!

— Звучит как дельный совет…

Первая баржа — с белым флагом — впритирку пошла вдоль причала, и Кит Птолх, путаясь в полах желтого балахона, не выдержал, побежал к ней в наигранном порыве поймать швартовочный конец и не дать столь дорогим гостям уплыть. Разумеется, его опередили, первую баржу остановили дружными усилиями, а Птолх уже бежал ко второй, улыбаясь столь же солнечно и приветственно маша руками. Повторилось это и в третий раз. А к четвертой, вынырнувшей из узкого канала в основное русло совсем недавно, Кит Птолх бежать не стал, лишь скупо махнул рукой и отвернулся. Ну понятно — не правящие роды, а кто-то помельче…