Ошибка исправлена. Поселению ничего не грозит. Но в следующий раз мне следует подумать чуть дольше, прежде чем вмешиваться в чужие дела.
— И брать больше запасных батарей — прохрипел я, глянув на экран и поняв, что как минимум последние километры до лодок мне придется преодолевать уже на своих «родных».
Ну вот нахрена я так много приседал…
Явившийся на мой сиплый призыв паренек обнаружил меня валяющимся на полу в полубессознательном состоянии. Лицо липкое от крови и саднит — напоролся харей на колючей соцветие, мать его. Пока плыл сюда чуть отмылся от грязи, но проколы на лице продолжали кровоточить.
— Сеньор! Ты упал и ударился лицом о пол⁈ — встревоженно вскрикнул парень.
Скосив на него глаза, я, не вставая, подумал и едва заметно кивнул:
— Да…
— Что ж ты так! Помочь чем?
С кряхтением перевернувшись на бок, я, стараясь не стонать от дикой боли во всех мышцах сразу, перечислил необходимое, в то время как присосавшаяся к телу аптечка торопливо делала мне укол за уколом.
— Компот, жареное мясо и самогона.
— Да ты же весь в крови, сеньор! Может рыбьего бульончика и стаканчик какао? Я как раз сварил!
Поймав мой взгляд, он попятился к выходу:
— Понял! Мясо, компот и самогон! Все будет, сеньор! Все сейчас будет! Ты только больше не падай так…
Прислушиваясь к его торопливому топоту, я уронил голову на вибрирующую от работы судового движка палубу и ненадолго отключился. Не то чтобы меня укатали эти горки, но… да кому я вру… да, укатали к херам… вот же дерьмо…
Глава 6
Глава шестая.
Нова-Фламма…
Вонючий нарывающий гнойник на теле израненной планеты… Место полное ядовитой депрессии и радикального фатализма вперемешку с яростно фонтанирующим оптимизмом; место, где похоть мирно сосуществовала бок о бок с многочисленными пуританскими сектами; место, где полные богатеев и роскоши небоскребы подножиями упирались в перекошенные фавелы подыхающей от голода нищеты; место, где ультрасовременные электрические «умные» лимузины с трудом могли не поцарапать полировку корпусов о выпирающие ребра истощенных рикш; место, где каждый день погибали и исчезали тысячи и тысячи, но им на смену прибывали десятки тысяч готовых на все ради куска хлеба и глотка чистой воды доходяг…
Место, куда я и остальные выжившие дети попали после выселения из старой небесной башни. Город на чьих полных наркоты, насилия и смерти улицах я вырос, превратившись из мелкого озлобленного крысеныша в еще более злобного… гоблина… Место, где я, стоя по пояс в жидкой грязи и под обжигающим задранное вверх лицо токсичным фонящим дождем, глядя на источающие свет такие далекие верхушки небоскребов, поклялся, что однажды окажусь там наверху… окажусь всем назло…