— О, Отец-Небо! Благостный и могучий, дарующий прохладу и капли дождя, указующий путь и остерегающий от соблазнов… — возвёл взгляд к небесам хан, одновременно перебирая в руках зёрна чёток, составленных из крупных жемчужин. В такт произносимым именам-эпитетам, применимым к главному божеству народа кочевий. — Даруй ничтожному слуге твоему терпения и смирения перед высшими!

Слова были не просто так. Бахмут-аль-Баграм заметил сразу два источника возможных проблем, с одним из которых вынужденно мирился уже шестой год, а второй оказался рядом лишь несколько дней назад.

Мобед Тарглин — старший, в отличие от низших хирбадов, жрец Неба — не любящий как использовать лошадей, так и ходить своими ногами, привычно для хана перемещался на небольшом зачарованном коврике, парящем в полуметре над землёй. Вот и сейчас, сперва подлетев поближе к слону, на спине которого расположился со всеми удобствами Бахмут-аль-Баграм, что-то прошептал, после чего взмыл вверх, оказавшись рядом с ханом. Оказавшись же, не собирался молчать.

— Вести, могучий.

— Если дурные, пусть мне их скажет простой сын степи, — поморщился хан. — Смогу умилостивить духов предков, приказав сломать ему хребет.

— Не плохие. Могут быть хорошими, если нас не обманывают шпионы у границ домена и те, которые южнее.

Хан скорчил недовольную рожу. Очень ему не хотелось слушать о происходящем южнее, в том месте, где находились владения Инферно, чьё существование было противно воле Неба. Только советник привык и не к таким проявлениям недовольства.

— Нам не нужно идти к доменам демона Хельги. Он сам пришёл к нам. Адская Колыбель, как назвал свой замок демон Флаэртус, теперь захвачен Хельги. Можете приказать храбрым детям Неба повернуть на юг. Демону не уйти от вашего гнева!

— Эти… наги. Они знают?

— Знают, солнцеликий! — сидящий на своём парящем коврике Тарглин сложил перед собой руки и склонил голову, показывая повелителю, что покорен его воле, но говорит правду. — Клянусь мудростью предков, эти змеи узнают всё раньше нас. Они служат тем, кто могуч, опасен… и может желать важного для мира. А важно ли оно для нас?

— Мы раздавим выкидышей Джаханнема!

Важно проговорив это, хан откинулся на спинку кресла-трона Бахмут-аль-Баграм, за спинами которого две рабыни обмахивали его опахалами хотя это было не нужным. Заклятья, навевающие прохладу и создающие лёгкий ветерок, как работали, так и продолжали действовать. Внезапно одно из опахал качнулось чуть сильнее… несильно, но ударив хана по затылку. Малая оплошность, но вместе с тем… На виду у нукеров, хирбадов, и катафрактов с мобедами.