Ни она, ни я не сомневались в том, что троглодит выполнит договор. Хотя, возможно, мы первые в мире, кто заключил договор с подобным существом, и откуда взялась наша уверенность, было непонятно. Просто казалось, что раз уж он пошёл на договорённость, то нарушать её смысла нет, иначе он мог просто отказаться. Ведь преимущество было на его стороне.

— Мне кажется, он тебя просто узнал, — сказала Инко, когда мы шли к Папе забирать свою плату, — не сразу, но узнал, и поэтому не тронул. Мне даже кажется, что он считает себя перед тобой в долгу.

— Как ты? — усмехнулся я.

— Как я! — серьёзно ответила Инко, — и ничего смешного здесь нет.

— Надеюсь, когда я, наконец, всё вспомню, у меня появятся ответы на эти вопросы, — вздохнул я.

— Ты не представляешь, как я на это надеюсь, потому что я уже хочу узнать у тебя больше, чем ты у меня. И про троглодита, и про Папу, и про то, что за бойня произошла в промке и что там вообще случилось. У меня есть определённые догадки, но вопросов гораздо больше, чем ответов, — сказала Инко.

Дорогу обратно мы нашли без проблем, и, как оказалось, Папа со своими ребятами ждал нас недалеко от того места, где мы расстались. Похоже, им очень не терпелось узнать, чем закончилось дело и можно ли вернуться на обжитое место.

Подробности мы рассказывать Папе, естественно, не стали, ограничились заверениями в том, что троглодит ушёл и вернуться не должен. Врать, что мы его убили, посчитали излишним.

По виду Папы было понятно, что он сомневается в том, что у нас всё получилось. Не то чтобы он нам не верил, скорее, считал, что мы ошибаемся.

— Папа, — сказал я, — мы сделали то, что обещали. Троглодит ушёл. Мы сами верим в то, что говорим, но, естественно, не можем гарантировать вам безопасность на всю оставшуюся жизнь. Может появиться другой троглодит или возникнут новые проблемы. За всё это мы уже отвечать не можем.

— Да я понимаю… — задумчиво проговорил Папа, теребя подбородок, — только боязно возвращаться!

— Мы согласились на это дело за маленькую плату. Прибор не стоит такого риска. Троглодит очень сильная и опасная тварь. Но мы вынудили его уйти. Расплатись с нами, как обещал. Мы тебя даже проводим туда, в ваш дом, чтобы подстраховать. На всякий случай! — сказал я.

— Ладно, ты прав! — Папа вытянул из сумки шкатулку с прибором.

Он не хотел его зажать, он, в самом деле, сомневался, что у нас всё получилось.

Когда прибор оказался у нас в руках, Инко тут же вытащила его из коробки и приложила себе ко лбу, а потом взглянула на табло.

— О, четыреста шестьдесят восемь! — сказала она, — я поиздержалась!