Можно было ударить направленным, выжать источник в ноль, и, глядишь, продавил бы чужую защиту. Но впереди могла быть драка, а всю силу на один скан в поле не кидают.
Значит, в мезонине всё же кто-то стоял. И давно. Смотрел на дом Берёзова день за днём, из тёмного пустого дома, а сегодня увидел нас. Чёрный микроавтобус инквизиции. Две полицейские машины. Полдюжины человек во дворе и троих в чёрных плащах.
«Любитель»?
Тот, что рылся в шкафу и не нашёл. Он не ушёл из квартала, а перебрался в пустой дом через дорогу и сел сторожить.
Но почему не вышел?
Значит, ему есть, кого бояться, возможно, сектантов, а возможно, и нас в чёрных плащах.
Простой иномирец?
Ведь для него, что мы, что сектанты — все на одно лицо.
Что орден, что секта: и те и другие приходят за такими, как он, и увозят в свои подземелья, а обратно уже никого не выпускают просто так. Он не знает, кто мы. Он знает только, что за ним пришли.
Я не успел додумать.
За домом стукнула дверь.
Секунда.
Другая.
Раздался звук стартера мотоцикла.
Моё тело сорвалось раньше головы.
Я уже сидел в седле. Газ.
— Игорь⁈ — крикнул Волков с веранды.
Мотор взвыл и поймал обороты.
Раздался грохот, и в двух домах от нас на дорогу вылетел спортивный «Иж».
Я бросился на «Урале» вдогонку.
Глава 11
«Иж» уходил.
Спортивная машина легче «Урала» и злее, и на прямой это решало всё. Я вжал газ до упора, мотор взвыл, но разрыв не сокращался. Двадцать метров. Двадцать пять.
Беглец прижался к баку, и лишь ярко-синяя куртка трепыхалась от встречного ветра.
Обеденное время, Серов в жару был безлюден: все попрятались по теням.
По прямой он меня сделает.
Я понял это на первой же сотне метров и перестал выжимать на полную. Брать беглеца буду не скоростью.
Город мал.
Серов с петербургский район: тракт, склады, депо, узлы разгрузки. Город не жил сам по себе, он обслуживал дорогу и устроен под одно: чтоб груз прибыл, переместился и ушёл дальше. Спортбайку тут нужна прямая, длинная и пустая. А прямых раз-два. Дальше переулки старого города, дворы, эстакады, крытые ангары, тупики. Там лёгкость мотоцикла не в помощь, хотя всё равно передвигаться удобнее, но главное преимущество — это знать, как срезать.
Беглец это знал, в отличие от меня.
Он не пёр напролом к окраине, за стену, где спортбайк ушёл бы от «Урала» в чистое поле за минуту. Беглец крутил по кварталам. И крутил грамотно: не дёргался, не газовал зря, в поворот входил по дуге, сбрасывал на входе, и тянул на выходе. Так ездит не обыватель на угнанной машине, а человек, который не первый год в седле.
Нырнул в арку склада, прошил насквозь разгрузочный двор между штабелями, выскочил с другой стороны и снова ушёл в переулок.