«Могильщик» таким вертким не был, но и обычной шрапнелью его не взять, у него только на щит стоит собственный реактор. И броня особой конструкции со сложными углами жесткости, которые позволяли не просто придавать твердости, но еще и распределять силу удара или рикошета по всему корпусу. Избыточная энерговооруженность позволяла принимать не стандартные технические решения. Внешне корпус нового корвета был похож на чуть сплющенный желудь. Но это был только внешний корпус, корка. Настоящий корабль находился внутри, и тоже имел собственную броню. В случае критического попадания во внешнюю броню, корвет мог просто сбрасывать внешнюю оболочку, теряя при этом пятьдесят процентов массы, при том же самом двигателе. Сброшенная оболочка позволяла облегченному корвету просто сбежать с поля боя, обманув противника тем, что оставлял после себя пустую скорлупу. Это дорого, экономически не целесообразно, но это возможность выжить для экипажа корвета в составе десяти человек. Порой случалось, что выживание экипажа как раз было приоритетной задачей, и вопрос цены уже не стоял, вот только не все корабли могли себе такое позволить. Ведь чтобы заставить «Могильщика» сбросить внешнюю оболочку, еще надо очень постараться. А до того, как это произойдет, он с пяток средних крейсеров точно похоронит, так что гонять такую козявку придется малой эскадрой, не меньше.

Присланных через декаду, как и обещало начальство, штрафников пришлось встречать лично. На вид вроде вменяемые, но расписать позиции требовалось с первого момента знакомства.

Два взвода, это почти пол сотни человек. Так что после того как их разместили в казармах перерабатывающего завода, в сопровождении четверых десантников, приписанных ко мне в качестве охраны работников и поддержания порядка и безопасности, выстроили в малом ангаре.

— Господа штрафники. Я майор инженерного подразделения Ник Сварг. Раз уж попали мне в лапы, молитесь с придыханием и не очень громко. Вас не бросили на передовые, потому что разгребать мусор тоже мало желающих. Работа грязная, вредная и опасная, сюрпризов в старых развалинах хватает с лихвой. Так что никакой самодеятельности. Получили приказ, исполняйте. Что-то не понятно, консультируйтесь с дежурным техником или со мной. Больше всего я ненавижу нарушение дисциплины. Будет порядок в рабочих бригадах, будут поощрения. Начнется бардак, стану штрафовать нещадно, вплоть до перевода в боевое подразделение. Мне не интересно кем вы были до попадания в штрафной батальон, здесь совсем другие задачи и методы их решения, так что сами забудьте о ваших бывших званиях и знаниях. Просто выполняйте распоряжения. Я уже не первый день разгребаю эту помойку, как вы можете догадаться не от большой и страстной любви начальства к моей персоне. Мне это тоже не нравится, но я умею искать положительные моменты даже на таком дне. Так что советую вам делать то же самое. Для начала позволю вам немного демократии, выберете из личного состава четырех бригадиров и сформируйте четыре бригады соответственно. Рабочая смена шесть часов. Бригады работают круглосуточно сменяя друг друга. Не сможете сами, это сделаю я. У вас есть два часа. Ровно в полдень по бортовому времени жду бригадиров в своем кабинете. Вольно. Разойдись.