— И чего Кастер так переживал? — бурчал я, возвращаясь с Бионом по вечерним улицам города. — Столько вони разводил на пустом месте. Это не турнир, а какой-то цирк.

— Ну вообще-то нет, — ответил Бион. — Да, второй курс никудышные бойцы, но они не ты. Они не сражались с головорезами насмерть, не бились с имперскими мечниками, не резали тварей архитектора. И даже боюсь представить, чего еще они не делали, чем занимался ты в свободное время. Они учили теорию, постепенно отрабатывая это на арене. Тренировали тело и сон. Книжки читали, пили, веселились, отдыхали, девочек клеили. Нормальные студиозы. Это ты… Из Лира.

— Ну да, — усмехнулся я.

— А еще их не тренировал безумный Шики, у которого резать глотки врагам на завтрак — это что-то вроде ежедневного ритуала.

— Протыкать.

— Что?

— Он копейщик. Копье не режет, а протыкает.

— Вот видишь, об этом я и говорю.

— К тому же, как минимум финальный бой у тебя будет серьезным.

— Это верно.

Кай так ничего и не показал на арене, кроме своего сновидения. Легко гонять детишек по песку, когда твой сон из класса боевого кошмара. Но я помню, что со Скверной он сам сражался, превращая свои руки в клинки. Как он поднялся на целый ранг за это время? Неужели та битва с Архитектором настолько его продвинула?

Кстати, винишка мне так и не досталось. Не то, чтобы перед боями стоило пить, но прикарманить пару бутылочек я был бы не против, Бион не обидится. А так просто поужинали, поспали, утром я даже не пугал никаких студенток, выходящих из спальни Биона.

Второй день турнира ознаменовался куда большим количеством народа на трибунах. Сегодня одновременно финал первого-второго курсов и начало поединков третьего. Но сидеть и смотреть на чужие выступления я не собирался.

Если честно, меня даже выпускники не особо интересуют, я уже дважды с мастерами сталкивался, не считая Смерть и Отца Сумрака с его подопечным. Вряд ли студиозы меня чем-то удивят.

На второй день у меня было лишь два боя, и первый же из них неприятно удивил.

— Я думал, ты сдох, — усмехался паренек с красной шевелюрой.

Он ее подкрасил под цвет мантии? Раньше вроде светлее была.

— Хад, — вспомнил я. — Из дома Пеперони.

— Хаз, — насупился он. — Из дома Пепла, ничтожество. Мы — великий и уважаемый дом, не прощаем подобного отношения.

— Что, ногами топать будешь? Папу позовешь?

Он хотел было что-то еще сказать, но лишь скривился и состроил очень страшное, по его мнению, лицо.

— Ты уже труп. Беги не только из академии, но и из империи тоже.

Нет, все же сказал. Не люблю заносчивых, а дружок Кая прямо олицетворяет собой принцип расслоения общества по длине золотой ложки в заднице. Ладно, так уж удачно совпало, что как раз сейчас можно объяснить ему на пальцах, что заслуги родителей не всегда считаются.