Сначала будет атака с ближайшего холма с тех самых пушек. Думаю, не ошибусь, если предположу, что империя таким образом хочет проверить на нас свое новое оружие.

Потом в бой пойдет пехота, чтобы зачистить тех, кто переживет обстрел. А кавалерия останется в резерве, на случай нашего бегства.

Наш единственный шанс — попытаться пережить первые минуты и навязать бой в воротах — наиболее укрепленном месте. По крайней мере в этот момент противник не станет поливать нас дождем арбалетных болтов.

Но даже так, наше противостояние продлиться ровно до тех пор, пока имперцы не прорвут стену и не возьмут ворота в кольцо. Все это прекрасно понимали, но иных вариантов не было.

В самой крепости места практически не было, сейчас там сидят женщины, дети, старики и все, кто не способен воевать. При этом, некоторые женщины и подростки прямо сейчас бегают по двору, продолжая укреплять хлипкие стены и таская камни.

Жалкое зрелище, но в целом у меня не было каких-то отчетливых эмоций по поводу происходящего. Это что-то сродни апатии от безнадежности, но у меня это чувство чуть ли не всю жизнь. Этакий ежедневный флегматизм в любой ситуации.

Протрубил рог где-то со стороны холма. Началось. Я кивнул Сантору на прощание и побрел на юго-западную башню. Так называлось нелепое сооружение из камней и палок. При этом камни больше напоминали засохшее говно, так что все сходится.

Расчет на то, что в эту область не будут стрелять из пушек, башня находилась чуть в стороне от линии фронта.

Я внимательно наблюдал за подготовкой солдат. Но даже внутренним зрением не мог разглядеть деталей, что уж говорить об обычном. Некоторые ловцы с накинутым сном видят не хуже орлов, но это не про меня.

Весь форпост замер в тишине и скоро должен был грянуть гром.

— Что-то заталкивают, — произнес Скай.

— Врум-врум, — подтвердил вернувшийся скат.

— Плохо, — подытожил я.

Значит, это не какие-то конструкты для применения отпечатков сновидений, хотя и так шанс был маленьким на подобное. А все материальное, будь то ядро или бомба, не остановит щит Ская.

Весь холм был покрыт алыми плащами и черной броней. Слишком много противников, даже сосчитать не смогу. Глянул на жиденькую цепочку бойцов из сопротивления, вооруженных кто чем, одетых кто во что горазд, и вздохнул.

Хороший день, чтобы подохнуть. Не хуже и не лучше всех остальных. Жалеть особо не о чем. Раньше я считал, что прожил жизнь сверх отмерянного, а оказалось, что целых две жизни. Но у любого кредита есть свой срок, когда приходится оплачивать счет. Почему бы и не сегодня?