‒ А очень просто, — зло ответила Элен, — У меня тут законсервированный «Гекатонхейр» прямо на платформе лифта. И знаете, док, мне чертовски интересно проверить, а справится ли он с монстрами?

— Он? А вы что собрались делать?

— Соберу тут то, что осталось из оружия, и попробую восстановить управление «Китоврасом». Стрелять он, конечно, не будет, но, думаю, что-то придумаем. Это ведь боевой шагоход все-таки. Кстати, а кто такие Дэворары?

Сознание опять гаснет.

Очередное пробуждение крайне неприятно.

Все, что я чувствую — боль, и не локально, а везде. Просто местами она особо сильная.

Кажется, я сижу спиной к стене. Все, чем я могу шевелить — это глаза, но и то, каждое движение глазных яблок вызывает вспышку боли. Отстраненно понимаю, что левой руки у меня нет, на ее месте замотанная культя. Похоже, те, последние попадания по мне были не такими уж пустяковыми — мне попросту оторвало руку.

Впрочем, она и так держалась на честном слове. Сам понимал, что восстановить ее после такого будет, мягко говоря, сложно, если вообще возможно.

Грустно, она мне нравилась, как память о бабушке. Шучу. Главное — я выжил. Пусть и инвалид теперь, но зато живой.

Опустив глаза вниз, я понимаю, что у меня серьезные проблемы. Две пули пробили броню и живот под ней, но вроде раны не глубокие, так, царапины…

Еще несколько вонзились в бронежилет, сломав мне ребра.

Правая нога перетянута жгутом, однако все равно сочится кровью, как и левая. И культя вместо руки.

Я в принципе весь потихоньку истекаю кровью — вон, какая подо мной уже лужица.

О! Лужа! Так я вижу! Слава богам, а ведь казалось, что я потерял зрение.

А вот и Элен. Черт, надо ей сказать, что она дура. И нельзя было подходить ко мне! Я же даже в этом состоянии под бустом мог ее уложить. Открываю рот, чтобы произнести слова, но усилие оказывается чрезмерным, и я опять теряю сознание.

Ощущение свободного падения.

Ветер свистит прямо в лицо, ласкает кожу, шевелит волосы.

Хорошо, хоть это чувствовать могу, а то что-то мне совсем плохо — пошевелиться вообще не могу.

Но вижу. Вижу проносящиеся мимо фермы — я лечу сквозь шахту лифта.

Меня что, выбросили?

А, нет. Боковым зрением засек стальную лапу «Китовраса», которая и удерживает меня, а снизу, куда мы спешно приближаемся, слышна пальба.

Что происходит вообще?

Точно, вспомнил! Элен же хотела поднять лифт сюда, впихнуть на него активированную пушку и спустить его к этим тварям. Как же док их там назвал?

Удар, будто бы «Китоврас» просто прыгнул в шахту лифта, летел вниз со мной в своей лапище, и сейчас приземлился.