В этот момент дверь распахнулась, и в нее, пятясь, вошел лейтенант. Он, подняв руки, бросил быстрый взгляд на удивленного меня и буркнул:
‒ У нас серьезная проблема.
‒ Где? Какая?
‒ К сожалению, здесь, в коридоре…
Глава 12
На лице лейтенанта явственно читалось недовольство и разочарование, но никак не страх, или хотя бы тревога. Так что я не стал паниковать, тем более грузить его лишними вопросами, и хотел уже было взять винтовку, покоящуюся сейчас у меня за спиной, как следом за лейтенантом появилась Эллисон и, судя по ее воинственному виду, она-то как раз и являлась нашей «проблемой».
В руках у нее было оружие, направленное прямо на меня.
‒ Эй, уроды! Значит так: кладете пушки на пол и становитесь рожами к стене, и тогда я обещаю не разносить в клочья ваши задницы.
— Чего взбеленилась? Кто вообще тебя трогает, и чего тебе надо? — спросил я.
— Просто заберу дока и уйду.
— Зачем он тебе?
— В обмен на его башку меня точно отпустят, — заявила девушка.
‒ Эллисон, не дури…что происходит?
‒ Радиостанция, баран! Ты оставил ее в режиме активации голосом. Я слышала весь ваш разговор, и не собираюсь тут подыхать, ясно? Если отсюда можно смыться и после всего этого остаться живой, то я намерена это сделать. Им нужен этот хмырь, — она кивнула на дока, — просто отдам его корпоратам.
— Они тебя грохнут при любом раскладе.
— Да хрен там, — усмехнулась она, — я на его драгоценную тушку повешу пару кило взрывчатки, и они меня как миленькие выпустят! Еще и денег дадут, лишь бы поскорее свалила…
‒ Дура, блин! Это можно делать и всем вместе, да только…
Но Эллисон слушать меня вообще не собиралась. Более того, издевательски засмеялась и заявила:
‒ А вы мне на кой черт? Ну уж не-е-ет, с меня хватит вашего «Кельта» и вашего хваленого братства! Все, я отсюда сваливаю, а вы остаетесь. Если вам повезет — сумеете выжить. Не повезет — ну, ваша проблема, точно не моя.
Черт, она явно полностью съехала с катушек. И ведь успела броню девчонки из СОБа на себя нацепить…
Твою мать, и чего нам с ней теперь делать? Наши пушки ее броню просто не пробьют. Во всяком случае, Эллисон сможет прожить столько, сколько потребуется, чтобы успеть расстрелять к чертям нас обоих.
Агентесса тем временем просто посмотрела на нас, как на идиотов, и, как была неглиже, так и вышла на середину коридора.
‒ Слышь, ты, овца! Ты или прямо сейчас вылезешь из моей брони и будешь вести себя…
‒ Или что? — Эллисон расхохоталась. — Ха! Твоей брони! ‒ тут она вдруг резко изменилась в лице, глаза ее сузились, и она злобно прошипела: — Захлопнула свою варежку и упала на пол. Даю две секунды, или изрешечу твою тушку прямо тут!