Мужчина в затертой камуфляжной форме усмехнулся и повернулся к усатому старику:

— Если мне не изменяет память, Юрьевич, то такого человека называли диктатором! — он снова усмехнулся. — Не думаю, что новость о том, что теперь посёлок управляется диктатором, будет радостно воспринята людьми.

— Тьфу, мля! — усач сплюнул. — Гена, иди лесом со своими историческими справками! Какая нахер разница, как это будет называться⁈ В Риме был диктатором, у нас станет диктором! — он пожал плечами. — Вот об этом я и говорю всем вам! Вместо действий мы сейчас сидим и обсуждаем какое значение у слов! Короче, вы поняли, что я имею ввиду, вроде бы здесь не самые глупые мужики собрались! У каждого из нас был свой бизнес и каждый знает, как эффективно единоличное управление, когда всё летит к чертям. — Юрьевич взял паузу, чтобы убедиться, что до каждого дошёл смысл его слов. — Предлагаю на роль Диктора взять Павла. — он хлопнул по плечам мужчину. — Он бывший военный, успешный застройщик, семьянин и он в глаза видел ту опасность, что ожидает всех нас.

Петрович аж подпрыгнул от неожиданности и уже было хотел подняться с места и отказаться от этой роли, но сухие и крепкие ладони усача сильно прижали его к креслу, отчего оно ещё раз жалобно скрипнуло.

В знак серьёзности своих слов, Юрьевич поднял руку, показав тем самым, что отдаёт свой голос за Петровича. Остальные, кто с охотой, а кто нет, повторили этот жест.

Павел неосознанно запомнил в лица тех, кто не выказал энтузиазма с его новым назначением. Тяжело выдохнув, он встал и снова посмотрел на всех присутствующих.

— Юрич прав. Сейчас нужно действовать быстро и слажено. Спорить о том, что правильно, а что нет, будем позже. — мужчина поджал губы и коротко кивнул. — В любом случае благодарю вас всех за доверие. Клянусь, что как только тяжёлые времена минуют и поселение сможет встать с колен на рельсы, я сразу же сложу с себя обязанности диктатора.

— Диктора. — поправил его тучный Геннадий. — Люди так лучше воспримут.

— Хорошо, пусть будет диктор. А сейчас, думаю что нам нужно поговорить с народом. Людям следует знать о том, что твориться и что мы будем с этим делать.

* * *

Таня с интересом разглядывала новых жителей посёлка. Сидя возле так называемого штаба, для которого переделали небольшой домик, она ждала, когда у отца закончится собрание.

Внутри девушки боролись противоречивые чувства. С одной стороны ей было непривычно и не комфортно смотреть на кардинально изменившейся посёлок. Она запомнила его тихим и пустым, когда они с семьёй уехали отсюда лет восемь назад. С другой стороны ей нравилось то, что на этих, когда-то пустых улицах, теперь снова есть люди. От этого посёлок словно ожил и скинул с себя годы запустения.