Но вот то, как она изменилась сама всё равно вызывает некоторый страх. Наверное, какой-то детский…

— Именно, — вдруг раскрыл глаза Марк, неподвижно лежащий рядом. — Страх взрослой жизни, долговременных планов, решений, влекущих сложные последствия.

— Ты подслушивал!

— Нет, просто ощущал. Ты слишком громко думаешь. Если что-то хочешь скрыть — я показывал как.

— А сам подсмотришь!

— Зачем? — недоумённо уставился он на неё. — Теоретически это возможно. Но на практике ты покажешь, что не хочешь делиться чувствами, информацией, переживаниями. И зачем мне это «подсматривать»?

— Потому что… зануда ты, Марк. Но это тебе даже идёт.

— Какая-то у нас всё-таки неправильная семья. Во всех источниках супруги обращаются либо «любимый» и «дорогой», либо ругаются. А у меня возникает ощущение, что моё семейное прозвище «зануда».

— Так и есть, — фыркнула Глория.

— Бывает и хуже, — пожал плечами Марк.

— А если… — вдруг импульсивно решила задать вопрос Глория. — А если я забеременею?

— Мы говорили об этом. Это преждевременно…

— А если⁈ — не отставала она.

— Воспитаем, конечно, — ответил Марк, скосил на неё взгляд и ухмыльнулся. — А ты что думала?

— Я не думала…

— Заметно.

— Негодяй!

— Благодарю… и подушка не лучшее… м-м-м… — раздалось из-под подушки.

— А всё-таки, Марк, что ты на самом деле думаешь? — после безжалостного подушечного насилия уточнила Глория.

— Насчёт ребёнка? — на что последовал кивок. — Да тоже, что я тебе говорил. Я считаю это преждевременным. И для нас, и в текущих условиях. Но в случае если, контрацептивы дадут сбой. Или совершиться «чудо зачатия»…

— От тебя ли я это слышу? Это же сказка!

— Вполне имеющая под собой обоснование. И насколько мне известно — было зафиксировано четыре случая чудесного зачатия. В одном случае родители вообще были девственниками, что не помешало беременности.

— А как? Ушедшие боги? — заинтересовалась Глория.

— Нет. Точнее в их времена такое бывало, но как мне кажется — от простого коитуса людей с самими богами. А «чудо зачатия» зафиксировано уже после ухода богов. И я думаю, что причиной тут эфир. Все почему-то упорно считают его «просто энергией», а на самом деле…

— А на самом деле?

— Я думаю — это такая же вселенная, как и у нас. Прямые аналогии не вполне работают. Но мне кажется, что то, что мы обычно воспринимаем эфиром — это что-то вроде атмосферы планеты. Но на этой планете есть жизнь, скорее всего даже разумная.

— И подобные чудеса — встреча эфирного тела с обитателями?

— Ну что-то вроде того, — кивнул Марк. — Понятно, что это крайне редкие случаи — вряд ли обитатели «там» именно видят нас. Вполне возможно, что мы — эфирный план для них.