— Нам это достоверно не известно, — пожала плечами Сати Бетана, — детального сканирования с персональной идентификацией хотя бы ключевых фигур мы не проводили, потому что без надобности. В любом случае, кто бы ни командовал этим флотом прежде, теперь этот человек оказался не у дел, ибо ранее подчиненное ему соединение рассыпалось на отдельные составляющие. Теперь там все так, как любит эта нация — каждый сам за себя; и черти уже толпами полезли из сундуков.

— Обычно, товарищ Бетана, из сундуков лезут не черти, а скелеты, но я принимаю вашу трактовку, — сказал я. — Теперь надо решить, что делать со всей этой бандой.

— Самые вопиющие случаи колониального поведения зачищать требуется немедленно, — решительно произнес товарищ Орлов. — В первую очередь это касается как раз десантных кораблей-доков и вертолетоносцев с морской пехотой на борту. У нас для этого, собственно, все готово, ждали только вашего визита с мистером Поппером.

— Ну, вот и замечательно, — ответил я, — если мое непосредственное участие в процессе зачистки не требуется, то я на некоторое время оставлю вам мистера Поппера, а сам отправлюсь по другим неотложным делам, имея в виду забрать у вас дражайшего американского посла несколько позже. Мне необходимо, чтобы этот человек сам стал свидетелем всех тех нарушений прав человека, обыденным языком называемых уголовными преступлениями, которые совершили его соотечественники над безобидным и безответным местным населением. Кроме того, господин посол должен увидеть, что статус военнопленного, со всеми его правами в соответствии с Женевской конвенцией, совсем не освобождает от ответственности за совершенные уголовные преступления. Насилие над женщинами, убийства и грабежи, неважно, кто стал их жертвой, должны караться в соответствии с вашим местным законодательством через ускоренную военно-полевую процедуру судопроизводства. И исключений из этого правила не может быть ни для кого.

Я чеканил слова, а энергооболочка переводила их на английский язык. Должен же американский посол понимать, что говорят и о ком.

— Вы, мистер Сергий, — с обидой сказал он, — как будто заранее знали, что все так обернется…

— Да, знал! — подтвердил я. — Это для вас слово «Новый Орлеан» обозначает всего лишь столицу штата Луизиана и один из крупнейших логистических узлов на побережье Мексиканского залива. Зато мне, как и прочим выходцам из начала двадцать первого века, этот город известен как место величайшей трагедии и вызванного ею разгула преступлений, которые одни американцы совершали против других таких же американцев, а не каких-то там дикарей. Все началось с того, что во второй половине августа две тысячи пятого года в районе Багамских островов сформировался тропический ураган с поэтическим женским именем «Катрина», со скоростью курьерского поезда двинувшийся в сторону побережья Мексиканского залива в районе Нового Орлеана. Незадолго до подхода к этому городу ураган достиг пятого уровня опасности, а скорость ветра в его эпицентре — ста восьмидесяти миль в час. В результате воздействия нагонного ветра ураганной силы вода в дельте Миссисипи поднялась на восемь метров, при том, что дамбы, предназначенные для противостояния наводнениям, были рассчитаны только на пятиметровый уровень. Под водой оказалось около восьмидесяти процентов площади города, и своих домов, зачастую построенных из реек и фанеры, лишились примерно семьсот тысяч человек. Что-то унесло ветром, что-то банально уплыло по воде, к тому же во многих местах случились техногенные аварии, отключилось электричество, по трубам перестала поступать чистая вода, а канализация пополам с нефтью из хранилищ разлилась по затопленному городу. От самого стихийного бедствия и его последствий погибло почти две тысячи человек, а материальный ущерб составил больше ста миллиардов ваших долларов. Но самым страшным из последствий урагана был как раз разгул преступности и беззакония, запомнившийся всему миру как вакханалия убийств, грабежей и изнасилований, пресечь которые смогли только войска национальной гвардии из соседних штатов, срочно прибывшие на место трагедии. Когда, в соответствии с Чрезвычайным Положением, застигнутых на месте преступления мародеров и насильников расстреливают на месте, то даже ваши буйные сограждане начинают вести себя в соответствии с цивилизованными нормами поведения. Как считали тогда у вас же в Америке, данная трагедия обнажила целый комплекс проблем, глубоко укоренившихся в американском обществе. Также имеется мнения, что официальные данные по количеству погибших и количеству грабежей и мародёрства, сопровождавшего стихийное бедствие, скорее всего, сильно занижено.