— А почему вы даете срок именно в два месяца? — спросил Чэнь Юнь, второй по возрасту (после Чжоу Эньлая) руководитель китайской компартии.

— А потому, — ответил я, — что в Советском Союзе с двадцать седьмого февраля по пятое марта пройдет двадцать пятый съезд КПСС, на котором, помимо всего прочего, будет реабилитировано честное имя товарища Сталина, а также протянута рука дружбы в сторону китайских коммунистов. При новом Председателе — жизнь с чистого листа. После завершения съезда у вас будет месяц на размышление, а потом — кто не спрятался, я не виноват.

Брежнев кашлянул и сказал:

— В качестве первого жеста доброй воли мы, советские коммунисты, официально пригласим на свой съезд делегацию от ЦК КПК, и лучше бы ее возглавил второй по старшинству китайский коммунист товарищ Чэнь Юнь. Так сказать, один жест доброй воли в ответ на другой жест доброй воли.

Хуа Гофэн, верный сподвижник Мао, хотел было сказать что-то такое протестующее, но поймал прищуренный, как у настоящего китайца, кинжальный взгляд товарища Ленина, и тихонько выпустил набранный в грудь воздух. Вот так-то лучше, тем более что остальные члены китайской делегации отнеслись к сказанному вполне одобрительно. Чжоу Эньлай срисовал обстановку и сказал:

— Мы согласны послать такую делегацию. В том случае, если мы сочтем предложение дружбы сделанным без всякого укоряющего или назидательного подтекста, товарищ Чэнь Юнь будет иметь право дать положительный ответ прямо на месте, выступив перед делегатами вашего съезда!

— А я хотел бы знать причину, по которой товарищ Серегин так настаивает на возобновлении советско-китайской дружбы, — произнес товарищ Ли Сяньнянь, меланхолически протирая стекла очков в металлической оправе.

— Там, в моем мире первой четверти двадцать первого века, Россия и Китай все же встали спина к спине, крепче, чем скала — и это принесло им не только мир на одной из самых протяженных границ, но и много других положительных моментов. Но прежде, чем это случилось, в Амуре утекло много воды и было упущено еще больше возможностей. Чем раньше два социалистических государства зароют топор войны, тем лучше. У двух самых крупных стран на планете и общих врагов предостаточно.

— Да, товарищи, — сказал Отец Народов, — нерушимая дружба Советского Союза и Китая — это залог победы коммунизма во всем мире. У вас в Китае к руководству коммунистической партии изначально пробрался авантюрист и интриган, в Советском Союзе такой человек пришел к власти после смерти товарища Сталина. А потом два этих человека поссорились, что в среднесрочной перспективе означало крах мирового коммунистического движения, ибо различные его части вступили в непримиримый конфликт между собой. А нам такого не надо.